Джерод знал о находках в Амарне и о табличках, найденных Курье под Тезенжем. Он не спрашивал профессора об их содержании, но догадывался, что теории, изложенные в книге, скорее всего подтверждались. И времена настали такие… И в Конфедерации, и в Петле, — всё было пропитано ожиданием перемен. Только каких? Мог ли Джерод допустить мысль о том, что у белых есть хоть малейший шанс на этой сплошь чёрной доске? Он не знал другого мира, кроме того, в котором приходилось вращаться. Но этот другой мир всё–таки мог где–то существовать. Ведь с кем–то чёрные фигуры сражались, уже напрасно пытаясь перекраситься в белый. Из–под этой белой краски торчали рога.
Он не спал уже три ночи подряд. Ехал к очередной своей цели по переполошенному охотой за оборотнем–селенитом Лейктауну. Первый раз целью была какая–то девчонка, не успевшая даже встретить своё совершеннолетие. Безумие. Чем она помешала «им»? Он вздрогнул, поняв, что впервые в своей жизни отделил себя от тех, с кем многие годы находился в одной связке. Как он устал… Словно заблудился в дремучем лесу и не в состоянии найти дорогу назад. Хочется просто лечь где–нибудь под кустом и уснуть. Пусть рушится мир, старый, новый, какой угодно. Ему уже всё равно. Он готов, проснувшись, принять любые правила новой игры, лишь бы они были. Он вспомнил тот месяц в Аделаиде, который провёл перед отправкой в армию. Как давно это было! Отсюда, из этого времени пляж Сомертон казался ему верхом блаженства. Если куда и хотелось бы уехать сейчас Джероду, то это было единственным на земле местом.
У дома, в котором он должен был найти девушку, столпились полицейские. Джерод знал, что она в квартире у недавно осужденного за что–то дантиста. Там Джерод должен сейчас быть. Но какой–то благочестивый мудак вызвал наряд, нарушив утверждённую схему действий. Быстро проанализировав ситуацию, Джерод решил, что девушка попытается уйти через пожарную лестницу, которую с фасада не было видно. Он объехал два дома по узким переулкам, чтобы не попасть в поле зрения полицейских, и, вывернув на дорогу, нажал на газ. Усталость не переставала пульсировать в голове. На какие–то незаметные миллисекунды мозг отключался. Видимо, как раз в такой промежуток он почувствовал глухой удар о бампер, потом на мгновение мелькнуло лицо той самой девушки и ударилось о лобовое стекло. Она отлетела метров на десять на край тротуара и лежала неподвижно. Джерод замер, пытаясь осознать случившееся. Выключил фары, заглушил мотор. Нужно было выйти и убедиться, что она мертва. Но он не мог пошевелиться. Упёрся немигающими глазами в её тело. Потом заметил как кузнечик выпрыгнул из ливнёвки и с этим телом будто бы слился. Боже! Да это же тот, на кого устроила охоту эта тупая спецслужба! И что теперь ему делать? Вот уже и полицейская машина тут как тут. Направили в его сторону пистолет и попросили медленно выйти. Он сделал всё, что от него требовали, потом спокойно объяснил кто он и почему от него следует держаться подальше. Полиция спорить не стала. И это правильно, потому как в ином случае увозить пришлось бы сразу несколько трупов.