Вот тебе мой совет, я ж Апиций в конце-концов, советник. - я постарался улыбнуться добродушно. - Совмести культ императора с мессианством. Объяви себя мессией, покажи пару чудес. Найди "потерянное" пророчество. А потом дай правильные инструкции, переведи всё в правильное русло, то, которое тебе нужно. Обязательно посоветуйся с колеблющимися или покинувшим культ. Узнай, что их подтолкнуло, на то и дави. Заведи «правильных» толкователей, пусть истолковывают их книжки как тебе надо. А то и вовсе напиши подделок и распространи.
- Так делают в будущем?
- Да уже сейчас то же самое. Этих евангелиумов столько, что всех и не перечислить, - отмахнулся я. - Как их прорядили-то? Загадка.
Домициан посмотрел на мою ехидную рожу и подхватил мысль. У него созрело пару «отгадок»:
- Загадка! Ха-ха. Мысль звучит... интересно. Самые упёртые не поверят, не примут, но распространение это точно остановит. Им просто нечего будет обещать рабам... Хм... Я обдумаю. Неплохая задумка.
Домициан закрыл глаза и погрузился в раздумья. Не думал, что он прямо сейчас будет перебирать варианты, думал, на потом отложит. И немного насторожился, ведь опять смена личности произойдёт.
В этот раз миру явился Домициан-мудрец. Говорил спокойно, размеренно:
- Астарта... Молох... Мы сделали то, что не смогли старые пророки иудеев... Это надо распространять в правильном ключе... Апиций, а может быть ты возьмёшь миссию "спасения" заблудших на себя?
Я не удержался:
- А на хер бы ты не пошёл, богоравный император?
13
Великий и могучий Домициан не покарал меня за грубость. Даже не разозлился. Просто покивал каким-то своим мыслям и сказал, что императору уместнее взять на себя эту ношу, чем строптивцу, на чьих землях мертвецы работают. И откуда узнал-то? Хотя, о чём это я. Он же «богоподобный».
Прямо сказал, что не прав был, предлагая мне стать новым мессией:
- Да, действительно. Ты слишком своевольный, можешь сделать что-то несогласованное. Да и люди тебя побаиваются. Не подходишь ты для этого, - я удивился было такой рассудительности, как в следующий момент он восхитил меня своей логикой: - Зато годишься на роль моего, мессии, врага!
Я честно говоря покаялся, что нагрубил ему. Зачем так круто-то? Вот так, враг целой империи?
- Нет, легионы на тебя я двигать не буду. Не жди. Это будет личное противостояние, мой личный подвиг во имя народа Рима. Ну, что ж! На том и порешим. Иди, готовься. Не раньше чем через два года я приду к тебе.
- А почему не прямо сейчас? - а что? Мне терять уже нечего. Могу позволить себе ехидство.
- Не время. Сейчас это будет сражение императора и подданного. Мой культ ещё не распространился. А потом это будет битва спасителя против воплощения зла.
- Ты и меня будешь так ославлять?
- Не сразу, но да. Буду. Сначала посею идею о том, что есть некто, желающий погубить души всего мира, и скоро он придёт. А потом объявлю, что это ты.
Я всё ждал, когда он скажет, что это розыгрыш, что он так шутит, что это несерьёзно. Ничего подобного! Никаких признаков!
- Зачем ты мне тогда это рассказываешь? - удивился я.
- Я знаю, что ты не хочешь ничего знать о жизни в Риме. Можешь и не заметить. А так, будешь мне противостоять, придумывать хитрости. Люди будут это видеть.
Я даже не нашёлся, что ему сказать. Это настолько глупо, что даже гениально. Вот так взял, и создал себе на ровном месте врага из того, кого называл другом. Он, наверное, представляет себе будущее как в том государстве, где я жил до этого. Там существовала «официальная» оппозиция, единогласно голосующая за любое людоедство, против которого они орали на камеры. Была и настоящая, но у неё не было представительства во власти по причине смерти или уголовного преследования.
Похоже, сейчас «самодержец» мне предлагает выбрать, какой оппозицией я буду. Иначе не вижу смысла обрисовывать мне планы на будущее. Про мою изолированность - нелепость. Отец или брат такое заставили бы меня выслушать.
В теории, он потянет, сможет вывезти подобный сценарий, только вот два года - это же плюсом к тем двум, которые я уже провёл с пользой. Я за это время объединил в систему знания из колдовских и религиозных книг прошлого мира с познаниями о божественном присутствии в этом. Благо, опыта у меня накопилось немало за время нашего путешествия.