— Не хочу Аленку, — уткнулась мне носом в шею. — Тебя хочу.
— А я Феррари хочу, и что с того?
— Давай я тебе Феррари, а ты мне себя?
Вот те на! Ну и наглец… Не поймите меня неправильно, идея очень заманчивая, но… Это я использовала парней, а не они меня. Если бы я хотела Вадика, то мы бы уже разогнали эту тусовку и занялись делом, однако… Я не хотела Вадика. Ни за Феррари, ни за что-либо ещё.
— Не-а, Вадя, не катит, — отступила от него.
— Ну и вредина ты, Фролова! — крякнул и пошел Аленку клеить.
Следующие два часа прошли, как в тумане. Было много шуток и, конечно же, текилы.
— Девчат! — закричал Кирилл наш местный заводила. Этот парень вечно провоцировал людей на что-то такое, за что на следующее утро нормальным людям бывает стыдно. Меня, разумеется, это не касалось. — А кто у нас сегодня самая горячая цыпочка?
Девки как по струнке выпрямились. Грудь вперед, попу дугой назад, животы втянули.
— Конкурс мокрых маек? — закричал.
— Фу!
— Ну, ты и извращенец!
— Дебил.
Послышалось со всех сторон.
И поделом ему! В конце концов, не в кабаке.
— Ладно, шучу-шучу! Давайте танцы! Фролова, дай жару!
Отказать не было ни малейшего шанса. Народ требовал хлеба и зрелищ. Не то чтобы я собиралась…
Ноги меня сами понесли к барной стойке. Откуда не возьмись, появились стулья, чтобы на неё забраться, а затем было медленное покачивание бедрами, свист толпы, громкие крики восхищения…и какой-то злобный рык.
Рык?
— Фролова! — прогремело на всю студию. — Тебя и на день оставить нельзя!
Ик!
Глава 11
Самое время падать в обморок!
Вот выпила бы пару рюмок и не пришлось бы гасать с барной стойки и прятаться за ней, как воришка.
Выглянула из своего укрытия.
Димка побагровел, глаза сканировали толпу, пока не остановились на мне.
Ой!
Кажется, мне пора сматывать удочки, пока мне их не сломали.
— Вечеринка закончена! — прогремел Синицын, выключая музыку.
— Чувак, ты чего?
— Серьёзно?
— Веселье в самом разгаре!
Отовсюду послышалось негодование, но ему было наплевать.
Что за человек такой невоспитанный? Где его гостеприимство, спрашивается? И почему он так рано вернулся?
— Все, вон!!! — взревел не своим голосом.
Недовольные ребята что-то промямлили себе под нос про сумасшедшего, про зануду, но, тем не менее, толпа стремительно ринулась к выходу. И мне, пожалуй, пора…
Затерявшись в этой давке, на корточках стала пробираться к выходу.
В конце концов, у Вади можно зависнуть и у него же остаться. А завтра Синицын остынет, вот и вернусь домой. Уж больно нервный он какой-то.
— Бред какой-то… — пробурчала себе под нос Аленка, хватая с вешалки свою куртку. — Так бы и сказала, Фролова, что с Синицей замутила, — посмотрела вниз на меня, пока я застегивала сапог.
— Мы не встречаемся…
— Ну конечно, — фыркнула.
— Мы просто живём вместе! — поднялась, схватила куртку, как…
— Конечно, живем, — схватил меня за шкирку Синицын. Черт! Встряхнул, точно нашкодившего котенка, осталось разве что физией в каку макнуть. — Вместе как все взрослые люди, — весьма неопределенно закончил.
Собственно, он не сделал ничего опровергающего дабы избежать слухов. Которые, я уверена, со скоростью света разлетятся по всей моей тусовке.
Просто восхитительно, блин!
— Дим… — жалобно проскулила.
— Молчи, Фролова. Просто молчи, — шикнул, так и не отпуская меня.
Я стояла ни живая, ни мертвая. Глядела на то, как ребята выходили из квартиры, как ухмылялись, косясь на нас всезнающими взглядами. Взглядами, а-ля «мы-знаем-что-вы-трахаетесь».
В целом, пожалуй, именно этого я и добивались несколько месяцев. Мне хотелось не только уложить эту гордую птичку на лопатки, но и растрезвонить всем на свете, чтобы все знали что перед Улькой Фроловой никто не устоит. И вот сейчас, я этого, похоже, добилась.
Только вот неприятная горечь от этого поселилась на сердце. Вовсе не радостно мне, что все подумали, будто мы любовники. Наверное, потому что на самом деле ничего не было. Я хоть и зараза, но не лицемерка и не лживая гадина.
— Уль, — позвал меня Вадик, уже одной ногой стоя на пороге, — всё в порядке?
Нет. Ничего не в порядке. Ни черта!
— Да, — просипела, неуверенно улыбнувшись.
Вадик задумчиво кивнул, оценивающе оглядел Диму, видимо мысленно сравнивая свои шансы. Говоря откровенно, шанс был очень мал.
— Все хорошо. Увидимся, — поторопила его, потому что Синица уже натужно дышал мне в затылок, а рука на лопатке уж очень потяжелела и даже, кажется, скомкала ткань рубашки.