Но благоразумный кот от угощения отказался. И сам к тому не склонен, и у других не одобрял. То ли дело сливочки топленые. А тут и вкус негодящий, и башка по утру трещит, и песни глупые завопить тянет. Вон, хоть на этого посмотри, очередной хит орет.
– Жили у бабуси две веселых Люси, белая и черная на любые вкусиии…
Пришлось оборвать песню залихватскую. Так неведомым и осталось, что ж с теми девками приключилося.
Рассказал Васька лесному хозяину о своей беде, да толку то… Вместо дельного совета мёд в его башке очередной кульбит совершил, и настроение на сто восемьдесят градусов переменил.
– Любовь – овца, втюришься и в молодца! – загрустил чащобник.
К чему это он? Не понять…
И не выпытаешь: опять к меду приложился, да очередную песню вспомнил. Ушел Васька подальше, пока новый куплет на уши не свалился. Оставив лесного хозяина наедине с чаркой, тоской и народным творчеством.
Последней надеждой была болотница, ее Василий на закуску оставил. И добираться долго, и по характеру вреднючая, и лапки в трясине мочить неохота. Но куда деваться, она сама баба и в женском характере разбираться должна. Точно дельное посоветует
Болотная хозяйка Ваську внимательно выслушала, но ни чем особо не утешила.
– Амор,– бомочет и глазками вверх этак странно стреляет. – Никуда от неё не спрячешься. Время лечит, само пройдет.
Сговорились они с домовым, что ли? Вроде на дух друг друга не переносили, а вишь ты, стакнулись.
Васька с чужим диагнозом не согласился. Как это время лечить станет, у него ж ни таблеток, ни микстур, ни даже клизмы нету. От такого врачевания и до погоста недалеко.
А с амором тем и вовсе непонятно выходит. Что за зверь такой диковинный, какая польза от него для Василисушки станется? Шкуру ль надо спустить, да на ковкрик пустить, аль из самого котлеток наделать?
Пристал к болотнице: – давай, другой способ придумывай! Иначе всем расскажу, как ты огоньки по ночам зажигаешь, и путников ими в топь заманиваешь!
Шантаж, конечно, откровенный, да куда деваться. Для благой цели любые способы хороши. Живо угроза подействовала, сразу болотная хозяйка еще один способ припомнила.
– Есть, – говорит, – одна травка волшебная. Найдешь ее, Василисе под нос сунешь, враз повеселеет, успокоится.
И даже место заветное, где она растёт указала. Далеко, правда, самому весь день в пути промаяться. Но Василий – кот умный, нужные знакомства имеет, к кому обратиться знает. Высвистал серого волка, про внеплановый обед из царевича напомнил, тот и домчал его на нужную опушку.
Полянка та нынче большой популярностью пользовалась. И не скажешь, что заповедная. Прям посреди нее злая ведьма сидит и цветочки в торбу собирает. Деловито так, один за другим рвет, суму бездонную редкой флорой набивает. Вот уже и до нужной травки добралась, когтистую лапу протянула…
Не стерпел того Васька, взыграло ретивое. Вперед прыгнул да зашипел сердито: – не трожь, карга старая, цветочек волшебный! Не для тебя рос, распускался. Он мне для Василисушки надобен!
Только ведьме на чужие беды плевать, на то она и злая. Ей, видите ли, волшебные растения для зелья требуются, чтоб молодость задорную и красу былую вернуть.
Можно подумать, она в юницах симпатичней выглядела. Точно такой же нос крючком и злые глазки-черносливины. Разве что зубов побольше в наличии имелось, так их и сейчас аж три штуки торчит. Неужто мало?
Вредная Ваське старуха попалась, неуступчивая. Хотел было тишком из-под пальцев загребущих заветный цветочек выдернуть, да деру дать. Но не успел, и тут проклятая карга опередила.
Забормотала слова тайные, засверкали вокруг искры колдовские да молнии трескучие… Продолжения Васька ждать не стал: и гусаку ясно – не выйдет из сего ничего для котовьей жизни хорошего.
Прыгнул вперед, впился когтями в седые космы и начал драть, только клочья полетели. Ведьма тоже свою пиротехнику бросила, за пушистый Васькин хвост ухватилась. Зря она так, нехорошая женщина,– вышли на бой, честно ратиться положено. Без приемов подлых.
Разошлись в итоге по-хорошему, поле битвы осталось за котиком. Колдунья какое-то заклятие выкрикнула, исчезла вместе с лохмами своими недоподранными и клочком Васькиной шерсти в крючковатых пальцах. Вот и пусть она им подавится, жадюга несчастная!
Коту достались метла, торба с травками и, самое главное, – цветочек волшебный. Только его сорвать хотел, рысь на поляну как из-под земли выскочила.