— О! А вот и тачку нам подогнали уже! — пьяно заржал придурок, — И даже дверь открыли! Вот это сервис. Сейчас я тебе чаевые найду… — он стал демонстративно рыться в кармане, а я решил не ждать конца представления и молча сел в машину.
— Эй, ты куда, кусок дерьма? А ну стой, я с тобой ещё не договорил! — ещё успел услышать я, и машина стартовала с места. Было огромное желание высунуть в окно руку и показать ему палец всем известным жестом, но я его подавил в себе. Это уж совсем по детски было бы. Чувствую, ещё пересекутся у нас с ним дорожки, тогда и поговорим, а пока нужно было обдумать то, что сказал мне дядя, и я мысленно вернулся к тому разговору.
— Цена оказалась очень высока. Моя жизнь, — нехотя выдавил из себя дядя. Я молча смотрел на него в ожидании продолжения.
— Я несколько лет бродил по этому проклятому лабиринту в поисках выхода… — продолжил он, опять поёжившись на холодном ветру, — И чувствовал, что начинаю сходить с ума от одиночества. Абсолютная тишина давила на уши так, что даже думать было очень тяжело. Да и не хотелось… Все мысли были только о том, что пока я там застрял неизвестно что происходит с кланом. Я только тогда по настоящему понял, что не подготовил себе смену. Уж прости, но в твои способности удержать клан на плаву я не верил. Приятно было ошибиться потом, — грустно улыбнулся он, — Но вот тогда ещё и эти мысли не давали покоя. Я столько сил вложил в этот клан, а теперь дело моей жизни оказалось под угрозой. К тому же, я полностью переосмыслил всю свою деятельность в качестве главы клана и понял, что не правильно расставил в ней приоритеты. Поставил экономическое и политическое благополучие клана выше вопросов безопасности и военного усиления. В общем, было о чём подумать. День за днём, год за годом бродил я там и уже и сам не верил, что смогу оттуда когда-нибудь выбраться, когда передо мной вдруг появился Он… — князь опять замолчал, медленно шагая.
— Да кто он-то? — не выдержал затянувшегося молчания я. Дядя вздрогнул, вынырнул из своих мыслей и как-то странно глянул на меня.
— Кто ОН, спрашиваешь? Так китайский архимаг, естественно. Кто же ещё? — пожал он плечами так, как будто это было очевидно и я должен был и сам догадаться, — Сильнейший менталист планеты. Да и не только менталист, я думаю. Он как раз посетил лабиринт, чтобы получше его изучить, когда я на него наткнулся. Я сразу его узнал, и понял, что уж он-то точно сможет мне помочь, вот только тот вовсе не горел желанием придти мне на помощь. Проще говоря, вообще далеко послал, когда я обратился к нему. Сказал, что одарённые сами должны учиться преодолевать свои трудности и постоянно развиваться и самосовершенствоваться, а не просить униженно помощи. С-скотина… — злобно прошипел он в конце, — Никогда этой твари не прощу. Я всего лишь попросил о помощи в обмен на какую-либо услугу, в ответ же получил ушат помоев. Тварь… — выплюнул он, — Как же мне хотелось вмазать ему по его напыщенной роже — ты даже представить себе не можешь! Но пришлось стиснуть зубы и таскаться всюду тенью за ним, мешая ему работать. Я прекрасно понимал, что другой возможности выбраться оттуда у меня могло больше и не появиться. Так и прошло несколько недель. Я таскался за ним и просил о помощи, он же сыпал проклятиями и угрозами, требуя, чтобы я ему не мешал. Вот только сделать мне он там ничего не мог, — злобно ухмыльнулся тут дядя, — Там он никак не мог на меня влиять. Это одно из свойств Лабиринта разума. Хоть как-то повлиять на меня он мог выбив меня оттуда обратно в реальный мир, а вот этого он делать как раз не хотел, почему-то. Назойливым комаром я беспрерывно пищал в его ушах, отвлекая от работы и не давая сосредоточиться, пока он, наконец, не психанул, и не отправил меня обратно. Вот только он так взбесился от этого, что навесил на меня проклятие, которое теперь буквально сжигает меня изнутри. И избавить меня от него теперь может только он… — он опять замолчал и глянул в ночное небо, на котором с громкими хлопками стали распускаться бесчисленные огненные цветы фейерверков.
— Так что, теперь нам нужно как-то заставить его это сделать? — предположил я, вспомнив, кстати, о предложении императора, — И почему ты сразу обо всём этом не рассказал?
— Ну, заставить его что-то сделать ни один человек в мире сделать не сможет, — печально улыбнулся дядя, — Но это и не нужно. Не рассказал — потому что таков был его запрет. Когда я очнулся, то услышал в своей голове его раздражённый голос, который и рассказал мне, что нужно сделать, чтобы снять проклятие. И первым же условием было не рассказывать никому о встрече с ним. А вот остальные условия касались непосредственно тебя…