— Лиам, — шепчет она с ужасом в голосе.
Я смаргиваю слезы и продолжаю:
— Сейчас она живёт со своими родителями. Я пытался жить с ней у нас дома некоторое время, но она боялась меня, я для неё чужой.
Пэрри медленно тянется к моей руке, и я позволяю ей взять её.
— Она поправится?
Я отрицательно качаю головой.
— Нет. Говорят, что её мозг останется таким навсегда, она по-прежнему выглядит почти так же, но внутри она как ребёнок. У неё разум семилетнего ребёнка. Ей никогда не станет лучше.
— О, боже мой, — шепчет она, и я не могу даже взглянуть на неё. — Почему ты так спешил сегодня? Она не... С ней все в порядке, правда?
— С ней все в порядке. — Я быстро киваю. — У неё очередная лёгочная инфекция. Ее мама, Люсия, всегда выходит из себя, когда что-то случается. Она не хочет моей помощи, если только что-то идёт не так. Я пытаюсь жить дальше, а потом она просто втягивает меня обратно, когда ей это удобно.
Я чувствую, как из моих глаз текут слезы. Я сердито вытираю их. Я не имею права расстраиваться.
Я не должен был находиться здесь, на пороге её дома, в таком состоянии, после всего, что я сделал. Последний человек, который захотел бы утешить меня — это женщина, стоящая передо мной.
— Лиам, — говорит она, и я, наконец, набираюсь смелости поднять на неё глаза.
В её глазах больше нет ни гнева, ни боли, ни даже жалости… Есть только понимание и что-то ещё, чего я не могу определить.
Я смахиваю слезинку, скатывающуюся по моей щеке, и Пэрри бросается вперёд, обхватывая меня руками за талию, словно тисками.
Я опускаю голову ей на плечо и так же крепко прижимаю её к себе в ответ.
Мои слезы текут беззвучно, и, честно говоря, мне приятно выплеснуть некоторые эмоции, которые сегодня меня ранили.
— Ты должен был просто сказать мне, — шепчет она. — Я бы поняла.
— Я знаю, — шепчу я. — Я должен был это сделать, мне очень жаль.
— Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти.
— Я мог бы сказать тебе то же самое. Я так сожалею о том, что произошло сегодня, я даже не могу представить, что ты тогда чувствовала.
— Забудь об этом. — Она отстраняется и заставляет меня посмотреть ей в глаза. — Но мне нужно кое-что знать, Лиам.
— Что угодно, — обещаю я. У меня больше нет секретов, я открытая книга, когда дело касается её.
— У тебя есть кто-нибудь ещё? Потому что я знаю, что мы никогда не говорили об этом и не договаривались, что мы будем единственными друг у друга...
— Есть только ты, веснушка, — быстро отвечаю я. — Я знаю, ты, наверное, мне не поверишь, но есть только ты, единственная, кого я вижу.
Лёгкая застенчивая улыбка появляется на её лице, и мне приходится мысленно ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это правда.
Я никогда не думал, что у меня будет шанс снова увидеть эту улыбку.
— Я верю тебе, но я больше не знаю, что делать, Лиам, я не могу вести себя как обычно, не с тобой, не после сегодняшнего. — Она пожимает плечами, и я слышу боль в её голосе.
Моё сердце разбухает у меня в груди, и я качаю головой, глядя на неё.
— Я тоже не хочу вести себя как обычно. Я знаю, что причинил тебе боль, а последние четыре часа были самыми худшими в моей жизни, поэтому я понял это.
— Понял что? — нерешительно спрашивает она.
— Что я влюблён в тебя. Для меня это не просто игра, это по-настоящему. Я люблю тебя, Пэрри, даже если это означает, что я сошёл с ума.
Она хихикает, её глаза блестят от непролитых слез.
— Я тоже без ума от тебя.
Глава 14
Пэрри
Я никогда не могла предположить, что все может обернуться таким образом.
Он сломленный мужчина, теперь я это вижу.
Иногда в нем чувствовалась какая-то нерешительность, но я списывала это на нетрадиционный характер наших отношений, хотя на самом деле за этим стояло нечто гораздо большее.
Он прятал демонов, которых я даже не могу понять.
— Зайди внутрь, здесь холодно.
Он колеблется, вероятно, из-за Тревора и его угроз, но все равно позволяет мне завести себя в дом.
Я закрываю дверь, оставляя за ней холодный воздух.
Он дрожит, как будто не осознавая, насколько ему холодно.
Я веду его в гостиную, и мне достаточно только взглянуть на Мэдди и Тревора, чтобы понять, что они услышали все, что он мне сказал.
В каком-то смысле я рада, это избавит меня от необходимости пересказывать им.
Я и без того чувствую себя виноватой из-за того, что они узнали обо мне и Лиаме, чтобы делиться новыми секретами.