Они поднимаются на ноги, и Мэдди вытирает слезу с глаза.
Лиам смущённо смотрит на них, и я уже собираюсь попытаться прояснить ситуацию, когда Тревор начинает говорить:
— Мы не хотели подслушивать, но стены тонкие… Мне очень жаль, что с тобой это случилось, друг, это тяжёлый удар.
Лиам кивает в знак признательности.
— Спасибо, я э-э… ценю это.
— Мистер К, мне очень хочется обнять вас, но я думаю, что сегодня вечером мы все перешагнули достаточно черт, — говорит Мэдди, стоя рядом с Тревором и раскачиваясь взад и вперёд на пятках.
— Я думаю, что это, наверное, правда. — Лиам посмеивается, но даже сквозь его улыбку его усталость для меня очевидна.
— Я просто хотела, чтобы ты знал, что твой секрет в безопасности с нами, мы не из тех людей, которые будут стучать на друзей.
— Спасибо, — отвечаю я. Я знаю, что они разговаривают с Лиамом, а не со мной, ведь я и так знала, что они никогда никому не расскажут, но ещё я понимаю, что он устал. Я вижу, как сильно он измотан.
Я поворачиваюсь к нему.
— Могу я пойти с тобой домой, остаться на ночь? Я не думаю, что кто-то из нас должен оставаться сегодня один.
Он протягивает руку и обхватывает мой подбородок.
— Это лучшая мысль, которую я слышал за весь день.
Мы прижимаемся друг к другу, покрывала натянуты до наших подбородков.
Мы не делали ничего, кроме поцелуев, но этого достаточно.
Мне просто нужно знать, что он здесь, и я думаю, это все, что ему тоже нужно от меня. Утешение.
Он был совсем один во многих отношениях, и я не уверена, давно ли о нём кто-то заботился.
Я знаю, что мистер Рэдклифф — Линк — был очень добр к нему, и сестра Лиама тоже его очень поддерживала, но она сейчас на другом конце света, а у Линкольна дома жена и ребёнок, которые занимают его время.
Лиам рассказал мне, что они все познакомились в университете. Линк встречался с Ники, а Лиам встречался с Эйприл. Эйприл и Ники стали подругами после того, как двое парней познакомили их, так что Линку и его жене тоже пришлось нелегко.
Лиам и Эйприл были женаты два года, когда произошла авария, Ники и Линкольн были единственными, кто присутствовал при их свадьбе.
Они всё были в жизни друг друга долгое время.
Должно быть, Лиаму тяжело видеть, как его лучший друг счастлив со своей женой, когда его собственная жена уже не та женщина, которую он когда-то знал.
— Какой она была? — шепчу я в тихой комнате.
Здесь нет никого, кто мог бы нас подслушать, нам незачем таиться, но я не хочу нарушать спокойствие этого момента.
Его рука находит мою, и он переплетает наши пальцы. Лиам тяжело вздыхает, прежде чем ответить мне:
— Она была яркой, жизнерадостной и целеустремлённой. На самом деле, это не изменилось. Она по-прежнему такая же, как прежде. — Он издает смешок.
— Я думаю, это уже кое-что, по крайней мере, она не потеряла себя полностью.
— Она ненавидела пиццу и снег. Любила кошек и шоколадные молочные коктейли.
Я слегка смеюсь.
Я чувствую, как он поворачивается и смотрит на меня в темноте.
— Она была хорошей женщиной.
— Ты действительно любил её, — говорю я, и во мне нет ни грамма ревности. Во всяком случае только печаль. Мне больно, что он потерял того, кем явно дорожил.
Я не могу себе представить, каково это — потерять человека, которого ты так сильно любил.
Если бы я потеряла Лиама вот так, это убило бы меня, а ведь мы даже не женаты, у нас за плечами определённо нет почти десяти лет совместной жизни.
Я даже не могу представить, какую боль он перенёс.
— Да. Я до сих пор люблю, хотя она уже не та.
— Ей повезло, что кто-то вроде тебя любит её, Щелчок.
Он тихо посмеивается над этим прозвищем.
— Думаешь?
— Знаю. Могу поспорить, она тоже тебя любила.
Он так долго молчит, что я начинаю думать, не заснул ли он.
— Иногда мне хочется, чтобы она просто погибла в той аварии. Я знаю, говорить так ужасно, но она никогда бы не захотела так жить.
Это звучит жестоко, но я понимаю, о чем он говорит. Она больше не в себе, и ему пришлось оплакивать жизнь того, кто не умер. Должно быть, это невыполнимая задача.
— Она хотя бы счастлива?
— Думаю, иногда. — Он вздыхает. — Она долгое время была в коме, перенесла множество инфекций, и теперь её лёгкие, помимо всего прочего, не справляются с тем, для чего они предназначены. У неё сейчас много проблем со здоровьем.
— Это разбивает сердце.
Я могу почувствовать, как слезы наворачиваются на глаза, и благодарна, что мы находимся в темноте. Меньше всего я хочу, чтобы он почувствовал, что ему нужно утешать меня.