— Олег, какими судьбами? — я самовольно пустил себя в дом, обходя Герхарда стороной.
— Мне срочно нужно поговорить с Машей по поводу Олимпиады. У меня на руках все бумаги, я обещал её проинформировать.
— Конечно, конечно, она у себя. Я, кстати, ухожу, — я не успел и рта раскрыть, как Герхард юркнул за порог, вскоре послышался рёв мотора.
Довольный, я потёр руки. Пока всё складывается лучше, чем я мог представить. Перспектива нахождения в огромном доме наедине с Машей пугает и придаёт сил одновременно. Держу в голове мысль, с какой целью я прежде всего сюда пришёл. Но, чёрт, мужские потребности никуда не денешь, они постоянно будут напоминать мне, как давно у меня не было интимной близости.
Тихими, крадущимися шагами я поднялся на второй этаж, дверь в спальню Маши была полуоткрыта. Сквозь щелку до меня донёсся знакомый, раздирающий глотку запах. Приоткрываю дверь и вхожу, в воздухе клубится сигаретный дым. Я застаю Машу у раскрытого окна с сигаретой в руке. Её локти опираются о подоконник, а зад оттопырен назад. Ничего себе! Вот так сразу! Голова полностью выглядывает из окна, ловя свежий воздух. Уже не первый раз я вижу её в таком положении. Но когда я вижу сигарету в зубах такой маленькой девчонки, во мне сразу срабатывает инстинкт. Самосохранения.
Бесшумно подхожу к ней, вырываю сигарету и наваливаюсь сверху. Девушка резко разворачивается, но я не даю ей встать. Она оказывается в достаточно неудобном положении, лёжа спиной на подоконнике, голова по-прежнему чуть ли не свисает из окна. Мне плевать, что ей некомфортно или она может простудиться. Я намерен её проучить, и она сама дала мне повод.
— Олег, что ты здесь делаешь? — как я люблю видеть благоговейный страх в её глазах. Она осознает своё беспомощное положение, черты её лица становятся более выразительными, оттого, что всё тело, все мускулы напряжены.
— Я разве не читал тебе лекции о вреде курения? — спрашиваю, а сам делаю первую затяжку. Надеюсь, что никотин придаст мне нужной уверенности.
— Зачем ты пришёл? — уже более настойчивее спрашивает она. Захотела заявить о правах на своё тело? Нет, Маша, ты принадлежишь мне.
— А если бы я не пришёл? — продолжаю я, испепеляя девушку взглядом. — Ты бы так и продолжала курить, отравляя свой организм? Нет уж, Мария, на этот раз я проучу тебя, чтобы в следующий у тебя и мысли не было потянуть сигарету. К тому же такую отвратную, — намеренно выпускаю дым точно в лицо Маши, эти едкие пары заставляют её жмуриться и отвернуться. Она начинает кашлять, а я ликую.
Выбрасываю окурок в окно и холодными руками пробираюсь под синтетическую футболку Маши, которая больше похожа на тряпьё. Я бы мог разорвать её в два счета, но я хочу растянуть удовольствие. Медленно поймать те тонкие ощущения, о которых я начал забывать.
Её нежная кожа мгновенно стала покрываться мурашками, когда мои ладони устремились вверх. Я мог посчитать все рёбра девушки, что говорит о том, что Маша сильно сбросила в весе. Над этим мне тоже предстоит поработать. Не зная, чего ожидать, ученица смотрела на меня, как на хищника, поймавшего свою жертву. Я в тысячный раз демонстрирую свои способности покорить любую девушку.
Когда я начал ласкать кожу на рёбрах, Маша закатила глаза, не в состоянии терпеть этой сладкой пытки. Я готов поставить все деньги и богатства мира, чтобы на ней не оказалось лифчика, но... Я прогадал. Пальцы нащупали кружевную ткань.
Футболка уже практически обнажала её грудь, я планирую вообще избавиться от неё, а потом и от бюстгальтера.
В дело подключаю язык и губы. Нагибаюсь и провожу мокрую дорожку от пупка до ложбинки между грудями. Инстинктивно или интуитивно Маша выгибается мне навстречу, отрывая спину от жесткого подоконника, её ноги обивают мои бедра. Я сильнее прижимаюсь к ней, пусть она почувствует моё возбуждение, то, что она не осознавая делает со мной.
Маша сама определила дальнейший ход действий. Теперь у меня есть возможность пробраться к застежке бюстгальтера и услышать заветный щелк.
Только мои шаловливые пальчики коснулись её спины, как я неожиданно почувствовал резкий толчок в живот, откинувший меня на несколько сантиметров от жертвы. Когда я очухался и понял, что произошло, Маша успела с силой захлопнуть форточку и зажаться в углу, как трусливая лань. При этом она не выглядела как загнанная лань: девушка часто дышала, её ноздри раздувались, а челюсти были сжаты до предела.