Когда я вышла из номера, мне навстречу двигалась девушка, работница отеля, с тележкой для еды. Она точно идёт в номер Олега Михайловича. Мы столкнулись с ней в дверях, видимо, она поняла, что я тоже собираюсь зайти в этот номер, да и завтрак рассчитан на две персоны, поэтому она ничего не стала спрашивать. Я лично открыла дверь, и мы прошли в номер.
Было на удивление тихо. Около кровати, на небольшом коврике мы обнаружили Олега Михайловича. Учитель делал отжимания от пола. В той же самой одежде, которая успела покрыться мокрыми пятнами пота. Однако он не мог слышать о нашем приходе, так как в ушах у него были наушники.
Как две дурочки, мы встали в сторонке и начали наблюдать за игрой мышц на мощной спине учителя. Как подать ему знак, что мы здесь. Да и стоит вообще его отвлекать, Олег Михайлович так хорошо справляется со своей задачей.
Переглядываюсь с работницей отеля, она стоит красная как рак, в принципе, думаю, я и сама сейчас зарделась как зарево, и без стеснений любуется на постояльца отеля. Признаюсь себе, мне нравится то, что я вижу.
Однако волнует один момент. Почему Олег Михайлович поднял меня спозаранку, а сам спокойненько отжимается в номере, при этом душ он точно не принимал, а значит — он вообще не готов к выходу.
Пора брать инициативу на себя. Подхожу к учителю, принявшему упор лёжа, и встаю рядом. Он должен заметить мои ботинки и понять, в чём дело. Хватило двух секунд, чтобы Олег Михайлович поднялся на ноги и вынул наушники.
На его лица не было ни капли удивления. Очевидно он понял, что в течение нескольких секунд мы тупо стояли и глазели на его роскошное тело. Потому-то он не стал заострять внимание на этом моменте. Но щечки-то наши всё выдали!
— Ваш завтрак, — любезно сказала девушка, вот пусть даже не думает заискивать перед учителем.
— Поставьте на стол, — с одышкой произнёс Олег Михайлович. Пока девушка расставляла тарелки на миниатюрный столик, мы с Олегом обменялись молчаливыми взглядами. Трудно сказать, чего мне ждать: кнута или пряника.
— Спасибо, — синхронно поблагодарили мы девушку.
Когда она покидала номер, я поймала себя на том, что она подмигнула мне. Был ли это знак одобрения сделанного мной выбора? Или она пожелала мне хорошо провести время с таким красавчиком? Однозначно — она не знает, что на самом деле представляет из себя Олег Михайлович. Смею предположить, многие девушки уже купились на его красоту, а потом обожглись... Я бы охарактеризовала появление Олега Михайловича в моей жизни как гарантированные долгоиграющие последствия.
Мы сели завтракать. Наш первый завтрак, ну как первый, конечно, мне доводилось завтракать с Олегом Михайловичем, но чтобы наедине, это в первый раз.
Выбор блюд поверг меня в шок. Как я поняла, мне он заказал порцию овсянки с сухофруктами и чёрный чай, а себе — глазунью с беконом и апельсиновый сок. Почему такая несправедливость? Снова и снова.
— Почему я должна есть вот это? — ткнула ложкой в расплывшуюся кашу. — А Вы лакомиться жирным беконом?
— Я же обещал тебе на завтрак кашу. Да и к тому же, оба номера оформлены на меня, так кто выбор блюд остаётся за мной, — спокойным, размеренным тоном ответил Олег Михайлович. После отжиманий он явно успокоился.
— Но это не честно! Вы ущемляете мои права. Было бы Вам известно, мужчины и женщины в двадцать первом веке обладают равным набором прав. Вы никогда не слышали об эмансипации женщин? — о каких правах я могу говорить, когда напротив сидит чертовски сексуальный властелин, поработивший не одну женщину.
— Машенька, в Москве мужчина и не такое с женщинами вытворяют.
Что бы это могло значить? Зачем мне вообще это знать?
Возвращаюсь к овсянке, Олег к яичнице. Вспоминаю его потрясающие стоны, черт, то есть сконы, их сейчас точно не хватает.
Сколько бы я не ковырялась в каше, она будто бы не убавлялась. Нужен какой-то план, чтобы Олег не заставил меня съесть всю тарелку. А он ведь может.
Кажется, мне подфартило, потому что Олегу кто-то позвонил. Он явно не обрадовался звонку, потому что резко схватил телефон со стола и даже вышел в коридор, чтобы ответить. Недолго думая, я последовала за ним. Прижавшись ухом к двери, я стала вслушиваться в речь Олега, изобилующую бранными словечками. Мне удалось выхватить отдельные фразы.