— Как он так умудрился, — наконец начал папа. Я вижу, как тяжело ему говорить. — Я ведь знал его. Думал, что знал. Даже сейчас всё ещё не могу поверить. Никогда бы не подумал на Олега.
— Пап, для нас всех это было шоком, — даже отец едва сдерживал слезы.
— Особенно для вас — детей. Он же был вашим учителем. Представить не могу, какая это для вас психологическая травма, — да уж, ты точно не можешь представить. — Я знал его с детства. Он вырос в хорошей семье.
— Кстати, про семью, — Олег никогда не рассказывал о родителях. — Вы уже сообщили его родителям? Где они вообще живут?
— Его отец военный. Даже тогда, когда я только познакомился с их семьей, они не задержались в Якутске больше недели. Они часто переезжали. По последним данным Олег перевёз их в Москву. Мы уже направили запрос в Московское отделение.
Отец тяжело поднялся, его руки дрожали. Качаясь он пошёл к себе. Я же просидела всю ночь, смотря на экран телефона. Я всё ещё надеюсь. Но уже утром я выключила мобильный навсегда.
Каждый день я спрашивала отца о ходе расследования. На этот раз я спросила по поводу жены Олега. Сомневаюсь, что Светлана не догадывалась, что у Олега может быть тайная жизнь. Может, она была его сообщницей. Что тоже не исключено, но мало вероятно.
— Пап, жену Олега Михайловича уже допросили? — отец сидел в кабинете и заполнял отчёт. В последнее время я часто заглядываю на его личную территорию, которая сколько я себя помню всегда была под запретом. Да и убийства мы в доме тоже никогда не обсуждали.
— Допрашивали, — потом он добавил, опережая мой следующий вопрос. — Она ничего не знает и не знала. Чудеса!
— Они же жили вместе. Как она могла быть настолько слепой?
— Ребята хорошенько на неё надавили, — блин, бедная женщина, из-за её мужа страдают все. — Если бы она что-то знала, точно бы раскололась. А так... — отец задумался. — Вероятно, Олег не хотел её отпускать. В его сейфе мы нашли документы, касающиеся развода. Он даже не пустил их в ход, хотя оба супруга договорились о разводе. Не странно ли?
Света очередной раз оказалась права. Олег не хотел развода, он использовал девушку скорее всего в качестве прикрытия. Этот факт ещё больше усугубил моё отношение к нему.
Просыпаясь утром, я только и делала, что зачёркивала дни в календаре. Наступила календарная зима. Шли дни, менялся пейзаж за окном, саднила глубокая сердечная рана, а Олега всё не нашли. Куда он мог спрятаться?
— Мы его обязательно найдём, и тогда я вытрясу из него всю правду!
Слышала я каждый день от отца.
— Ему негде прятаться. Только в лесу. Я буду рыть носом землю, но отыщу его.
Пустые обещание только стирали последние очертания надежды.
— Покинуть регион, что уж там город, он точно не мог. Он где-то сидит и выжидает!
Папа, так делают все охотники. Особенно такие опытные, как Олег.
Вскоре отец вообще перестал появляться дома. Он бредил идеей собственноручно поймать Олега Михайловича. Его пытались отстранить от расследования, но даже Генпрокурор был бессилен против живости, настойчивости и рвения отца.
Всё привело к тому, что я стала загнивать в этом доме. В полном одиночестве, в отсутствии связи с внешним миром, под железным колпаком я превратилась не в человека, а робота, который мог выполнять стандартный набор команд: есть, спать, справлять нужду и так по кругу.
Так нельзя жить. По крайней мере нельзя превращаться в затворника, не контактирующего с внешним миром. Единственное, что я могу сделать в своём безвыходном в прямом смысле слова положении, — это позвонить Светлане и договориться о встрече. К счастью, она может спокойно передвигаться по городу. У меня есть к ней много вопросов, также, наверное, как у неё ко мне. Я чувствую в этой хрупкой девушке родственную душу. Нас многое объединяет, между нами существует невидимая связь, что роднит нас. Мне кажется, я знаю о ней больше, чем о ком бы то ни было. Лишь одна сторона её жизни покрыта мглою тайн. Олег Михайлович. Говорят, муж и жена одна сатана. Мне кажется только не в их случае. В их супружеской паре муж оказался по круче самого Дьявола.
В один из одинаковых, никчемных дней Света приехала ко мне, когда папы не было дома. Только я отрыла девушке дверь, как та мгновенно бросилась ко мне и заключила в тёплые, крепкие объятия. Я ответила тем же.