Света рыдала, мне пришлось её подбадривать. В этом неожиданном акте проявления чувств я чувствую наше женские единство. Мы стали заложниками одной ситуации, героями одной истории хоть и с разных ракурсов. Я давно искала человека, близкого мне по духу. Я наконец-то нашла его. Светлана по возрасту не годится мне в матери, да и из роли подружки, чтобы сходить в клуб, она тоже выросла. Скорее всего я вижу в ней опекуна, советника, даже боевую подругу.
Мы прошли на кухню, это место уже давно забило за собой звание места для переговоров. Всё время за завтраком мы с папой обсуждали очередную зацепку в деле маньяка. Теперь же напротив меня сидит Света, глаза у неё на мокром месте, и весь вид кричит, что она переживает сильное потрясение.
— Маша, это я во всем виновата, — начала слезно причитать девушка. — Если бы я была хоть немного внимательнее, я бы давно заметила, что с Олегом что-то неладное. Ничего бы этого не случилось. Это только моя вина!
Света снова залилась слезами, я подвинула стул к ней поближе и обняла одной рукой.
— Света, ты ни в чём невиновата. Никто из нас невиноват. Это только его вина, — нельзя брать на себя ответственность за чужие грехи.
— Как ты не понимаешь?! Я жила вместе с ним, одно время мы делили одну кровать. Я не могла не заметить. Мне трудно представить, в какой момент он пошёл по ложному пути. Где я не доглядела. Это же позор! Он перечеркнул всю свою жизнь!
Я заставила Свету выпить стакан воды, она вроде бы успокоилась. Из нас двоих, кажется, она переживает случившееся намного сильнее. Немудрено, что Олег был смыслом её существования, она безответно заботилась о нём, она отдавала ему всю себя, ничего не требуя взамен. Когда Олег подался в бега, её жизнь оборвалась, потеряла смысл.
— Света, ты знаешь что-нибудь о его родителях?
— Мало. Лишь то, что они живут в Москве. Олег не любил о них говорить, это было запретной темой в нашей семье. Чего уж говорить, их даже на свадьбе не было.
Когда Света упомянула свадьбу, я вспомнила о загадочном бракоразводном процессе, который вроде бы начался и вовсе не начинался. Знала ли Света, что Олег её так подставил?
— Свет, я знаю про развод, — я поглаживала ладонь девушки, чтобы она успокоилась.
— Он поступил со мной как скотина, — голос Светы был лишён злости, несмотря на то, что она ругала Олега. — Зато теперь я знаю, зачем он это сделал. Ему было выгодно иметь жену. Сама посуди, кто заподозрит примерного семьянина, уважаемого учителя, — Света щёлкнула пальцем. — Никто! Он просто пользовался моей добротой. Я же ему однажды алиби обеспечила.
— Алиби? — удивилась я.
— Он меня попросил, чтобы я наврала следствию, что он забирал меня из аэропорта. На самом деле я добиралась сама с тремя пересадками, а он в это время убивал её, — голос девушки оборвался, она опустила голову и начала ломать пальцы.
— Её? — я догадываюсь, о ком речь.
— Елена. Если я не ошибаюсь. Маш! — Света резко развернулась ко мне. — Я же была готова простить ему всё! Даже измену. Но серийные убийства — это непростительно.
Насколько надо любить человека, чтобы прощать ему измены? И каким надо быть мизантропом, чтобы на добро отвечать злом?
— По поводу измен. Я виновата перед Вами, — возможно, всё могло быть по-другому, зная я, что у Олега есть такая верная спутница жизни.
— Маш, ты не должна винить себя. Ты находишься в таком возрасте, когда девушки влюбляются и должны влюбляться. В этом нет ничего зазорного, я знаю, многие хотели занять моё место. Олег никогда не был обделён женским вниманием. Я уже давно смирилась с этим, — с грустью заключила Света.
— Но есть то, чего Вы не знаете. Об этом знаю только я и Олег, — Света устремила на меня распахнутые от удивления глаза. — Он из-з-насиловал меня, — проговорила я шёпотом.
Казалось, я слышала биение наших сердец, настолько тихо было в комнате.
— Он тебя? — дрожащими, посиневшими губами спросила Света.
— Изнасиловал меня. Здесь. В моей комнате.
Не успела я договорить, как второй раз за нашу встречу Света заключила меня в объятия.
Я так долго хотела выговориться, поделиться с кем-то своей травмой, чтобы не носить всё в себе. Сказав это вслух реальному собеседнику, я начала чувствовать, что меня отпускает. Также легко, как Олег смог отпустить всё, что между нами случилось.