Выуживаю пулю. Сдираю шкуру. Потрошу внутренности. Зайка будет готов к употреблению. Не изыск, конечно, но белкá много.
Обед был готов как раз к тому самому моменту, когда Маша проснулась. В деревянные миски я налил щедрую порцию бульона с кусками мяса. Ни соли, ни специй в супе не было. За то время, что я прячусь в лесу, я привык к таким блюдам, что касается Маши... Если откажется есть — заставлю!
Меня удивило, что девушка вполне охотно села напротив меня за стол. Поморщившись глядя в миску, она подняла на меня испуганные глазки и спросила:
— Что это?
— Еда, — сухо буркнул я и потянулся за ложкой.
— Я вижу, что еда. Ты можешь сказать конкретнее, что это? — эти нотки недовольства начинают меня злить.
— Ты не видишь, это мясо?! Живо ешь!
Посмотрев на меня несколько секунд, Маша демонстративно отодвинула миску с супом и скрестила руки на груди. Я сейчас кончу от одного её взгляда, а она ведь по-прежнему кутается в одеяло.
— Я не буду есть, пока ты не отпустишь меня и не сдашься полиции, — заявила она прям генеральским тоном. Ролевые игры я люблю, Машенька, но не в этот раз.
— Ты мне тут условия будешь ставить? Быстро взяла ложку! — она и глазом не моргнула. — Я ведь заставлю, ты же знаешь, я это умею.
Я привстал со стула и грозно глянул на девушку. Она колебалась, но всё-таки взяла ложку. Постояв ещё несколько секунд в качестве воспитательного мероприятия, я сел и принялся за еду.
Одним глазом поглядываю на Машу. Девушка с трудом осилила две скупые ложки. По лицу вижу, что ей не нравится. А ещё я вижу, как она косится на меня. Да, с бородой любой мужчина выглядит сексуальнее.
Я громко откладываю ложку и поднимаю на Машу глаза. Она тоже пристально смотрит на меня. Попалась с поличным. По глазам вижу, какие мысли роятся в твоей голове.
— Я знаю, почему ты не хочешь есть. Ты хочешь кое-что другое, и я знаю что.
Встаю, два шага, и я оказываюсь рядом с ней. Она не глупенькая, чтобы понять, чего я хочу от неё. Всеми силами Маша старалась удержать одеяло при себе. Надолго ли тебя хватит?
Хочу сорвать это одеяло, Маша резко встаёт и отпрыгивает назад. Я иду к ней полный решимости.
— У нас же был уговор, — нежно произношу я. — Ты никогда не должна меня стесняться.
Пока девушка робеет и смотрит на меня с глазами, полными желания, я вырываю одеяло из её рук, подхватываю её на руки и одним движением усаживаю на обеденный стол — ничто иное как сруб сосны, отшлифованный грубой наждачкой.
Я и так слишком долго держался. А сейчас, когда перед собой я вижу простую белую футболку и такие же шорты, я резко опускаюсь на колени и начинаю вспоминать, каково это владеть такой красивой девушкой.
Целуя внутреннюю сторону бедра, я быстро двигаюсь выше и зарываюсь головой под футболку. Меня ждут чувственные, затвердевшие соски, я мгновенно примыкаю к ним губами и начинаю рьяно посасывать.
Руками фиксирую бёдра девушки, чтобы та не убежала. Но Маша просто растаяла от моих действий.
— Детка, ты нужна мне, — шептал я, покрывая её грудь россыпью поцелуев. Я не мог оторваться от этого разгоряченного тела. — Ты всё для меня.
Маша истомно стонала, когда я укусил её за ключицу и чуть ли не зубами сорвал майку. Топлесс она сидела передо мной и краснела, как будто мы делали это в первый раз. Я хочу вознести её на седьмое небо счастья, а то и на девятое, как говорят на английском.
Накидываюсь сочным поцелуем на пухлые губы. Хочу взять её полностью, но звонкая пощёчина как гром среди ясного неба ставит жирную точку.
Это конец Олег. Вот он Судный день. Твоя надежда только что умерла.
Сбитый с толку, я отступил на другой конец убежища. Меня только что оттолкнула Маша. Она всегда желала меня, а сейчас показала мне красный цвет. Нет пути назад. Нет возможности что-то исправить.
Поворачиваюсь, Маша уже по горло в одеяле. Она напугана, щеки пылают, губы полуоткрыты. Смотрит на меня, как волчица, готовая защищаться от охотника.
— Маш, ты либо со мной, либо против меня.
— Я не с тобой, но и не против тебя.
Тогда как это, черт возьми, понимать. Ты не хочешь меня! Зачем я тебе нужен. Я облажался даже там, где мне никогда не было равных.