Герхард остановился около кромки воды. Прищуренные глаза сканировали непослушную гладь, будто пытаясь погрузиться в самую пучину могучей стихии. Помощник следователя не мешал старшему товарищу проводить зрительную инспекцию водоема. Наконец Герхард сказал:
— Позвони в отделение и вызови водолазов, необходимо осмотреть дно.
— Какие водолазы в нашей-то дыре! — усмехнулся юнец.
— Что ты сказал? — на зеленого и малоопытного следопыта уставился доведенный до крайнего раздражения Герхард.
— То есть, — мямлил парень. — Мы не располагаем опытными водолазами. Надо привлекать московских или новосибирских.
— Мне плевать! Или мы сейчас же обследуем реку, или они успеют удрать!
Смущенный парниша даже и не знал, что ответить. Он пытался избежать яростного взгляда начальника, поэтому потупил глаза в землю.
— Черт! — выругался Герхард.
Мужчина отошёл от берега, ещё раз окинул бушующую реку рассерженным взглядом и принялся...снимать одежду. Сперва на землю полетела куртка, затем наспех повязанный шарф. Оставшись без верхней одежды, Герхард снял обувь и носки.
Босые ступни обожгла ледяная вода. Несмотря на это мужчина уверенно двигался вперёд.
— Держите его! — послышался чей-то голос.
Это был Генеральный прокурор, он прибыл с подкреплением. Двое рослых парней схватили Герхарда в охапку и вытащили из воды, он успел зайти по пояс.
— Герхард, что же ты творишь? — отчитывал прокурор обезумевшего отца Маши. — Ты совсем с катушек съехал?
— Они живы! Живы! Я знаю! Позвольте я докажу Вам, что в реке никого нет! — быстро бормотал Герхард.
Генпрокурор вплотную подошёл к неспокойному коллеге и заглянул в его стеклянные, мертвые глаза.
— Вот что делает с человеком тщеславие, — и позже скомандовал. — В «Котенко»* его! Немедленно!
Это Сибирь, детка.
Суровые условия, в которых способны выжить только настоящие мужики и бабы.
Сегодня как минимум один человек проиграл этот бой...
Мужик, два раза подвозивший Машу до дома, оставался наверху. Ещё несколько минут он бессмысленно смотрел на тулуп, который он решил позже предать земле. Пробормотав какие-то несвязные моления, он поднялся на ноги и, опустив голову, побрел к машине.
Проводив взглядом несколько мужчин в погонах, один из которых был повязан по рукам и ногам, мужик распахнул капот, из которого донеслось тихое воркование. Его товар, который он собирался продать в Якутске и выручить неплохую сумму денег. Видимо, кто-то свыше распорядился совершенно по-другому, перечеркнув планы мужика.
Зато сердце мое будет спокойно, зато душа моя не будет кричать по ночам в агонии, зато попрощаюсь я с ней по-божески.
— Прощай, голубка.
Проговорил он про себя и даровал свободу двенадцати голубям, отворив одну большую клетку, сняв тяжёлые кандалы бремени.
Голуби как символы чистоты и освобождения души друг за другом взмыли в темное небо, взмахами крыльев подтверждая статус заключённого ранее союза. И небо, и земля, и вода тому свидетели.
Не долго длился полёт голубей, вскоре тельца их скрылись за макушками хвойных деревьев.
Долго тянулась история Сибирского маньяка, омрачившая ранее спокойную Сибирскую глубинку.
И ещё дольше жила боль в сердцах тех, чьи дети стали его жертвами.
* Якутский республиканский психоневрологический диспансер, прозванный в народе просто «Котенко»
***
Ну что ж, все, кто дошел до конца, черканите комментарий понравилось ли вам или нет
Конец