Оборачиваюсь и застаю Машеньку, приподнятую на локтях, на моей постели. Она так сочетается с кофейным цветом моего покрывала. Черт, я думаю о ней как о предмете мебели.
Волосы окончательно растрепались, сейчас они плавным каскадом рассыпались по плечам и спине. Вырез на платье обнажал её шелковистую кожу и ложбинку между грудями. Подол был задран практически до самого максимума, демонстрируя её изысканный вкус в нижнем белье.
Всё идеально, чтобы взять её здесь и сейчас, если бы не одно но. Она пьяна в стельку!
Повинуюсь её командам и сажусь на угол кровати. Пытаюсь не смотреть на красотку, что лежит сзади, иначе держите меня семеро!
Тяжело дышу, уставившись на камин, излучающий тепло на всю комнату. Девушка начинает со мной заигрывать. Лодыжкой она водит по моей спине, вырисовывая пьяную абракадабру. Её ножка спускается ниже и начинает тереться о моё бедро, ягодицу.
Мне стало противно, и я выкрикнул:
— Маша, перестань! Ты пьяна, а я терпеть не могу пьяных разгульных девиц.
Она смеется, подпрыгивая на кровати:
— Олег Михайлович, тебе ли не знать, как это называется.
Я хмурю брови, а она смотрит на меня с загадкой, свойственной лишь женщинам:
— Tipsy, — мурлычет Маша.
— Типси тут даже и не пахнет.
Свесив голову на руки, пытаюсь вновь обрести над собой контроль. Нахрена я вообще её сюда приволок. Пусть бы развлекалась там себе вдоволь.
— Ну чего ты сидишь, тащи сюда свои учебники.
Недоумевая вновь смотрю на девушку, которая медленно поднимается с кровати. Вскоре она садится на постель, поджав ноги и... Тут!
Одна половина платья сползает вниз, обнажая грудь. Идеальнее я ничего в жизни не видел. Небольшой розовый сосок стал твёрдым, я так и хочу его укусить. Мой внутренний Микеланджело рвется в бой превратить это мраморное изваяние в произведение искусства. Девушка ровно дышит, вздымая груди вверх. Я сто раз себя проклял, что вообще туда посмотрел.
— Enjoying the view? — шепчет Маша, накрывая грудь рукой. Она сжимает её и тихо постанывает. Моя рука должна теребить её грудь!
Непроизвольно тянусь к её телу, остаются считанные секунду до победного повиновения, но...
— Придурок! Купился! — завопила Маша и снова упала на кровать, зарываясь лицом в подушку.
Чувствую себя обманутым.
Поднимаюсь на свои две и смотрю на это ничтожество. Разукрашенная кукла! Манипулятор!
— Быстро встала! — кричу как очумелый. — Пошла в ванную комнату, смыла с лица всю эту дрянь и разделась догола. Потом жду тебя здесь!
С минуту она молчала, смотря на меня как кролик на удава. Всем своим видом пытаюсь показать серьезность своего заявления. Я готов взорваться, если она пикнет что-то против.
Живу пока дышу. Дышу пока вижу, что меня слушаются.
Маша побрела в ванную и захлопнула за собой дверь.
Предвкушая её появление, прислоняюсь к дверному косяку и закрываю глаза...
Глава 9 Шантаж
Раковина окрасилась чёрной краской, которая тоннами косметики сошла с моего лица. Каждый хлопок по щекам приводил меня в чувство, возвращая в реальность.
До чего я докатилась? К чему привели мои игрища с огнём? Как можно было так напиться и купиться на его провокации? В который раз он взял надо мной контроль, при этом забыв спросить мое мнение. Как будто для него это ничего не значит: притащиться в клуб и взять на вечер любую понравившуюся девушку.
Я была пьяна, и мир мне казался волшебной сказкой, где никто меня не обидит. Никогда в жизни я не напивалась настолько, поэтому в этот раз мне было нереально плохо, как будто меня живьём переехал поезд.
Каждой клеточкой тела я чувствовала, что он меня хочет. И это чувство было взаимно, но что-то не давало, препятствовало распуститься мне полностью и пасть перед ним на колени. Не говоря уже о том, что он применил по отношению ко мне физическую силу, что идёт вразрез всем моральным принципам и установкам. Как далеко может зайти это безумие между нами?
В вопросе женщин, кажется, он не знает меры, поэтому скорее всего не придётся ждать пощады, если он накинется на меня, как на добычу. Он пользуется своим превосходством, именно чувство моей степенности и его доминантности говорили в нём, когда он властно приказал мне раздеться.