Меня подрезает муниципальный автобус, он трогается, оставляя на остановке пустоту. Я проворонил свой шанс. Остаётся одно — ждать до вечера.
В семь часов я как штык был у её дома, Герхард как всегда работал, то бишь весь дом находился в нашем распоряжении. Мои вольные мысли начали гулять в ненужном направлении, перед глазами стояла одна и та же картинка — мы делаем это по обоюдному согласию. Каждый раз, когда она рядом, я хочу прикоснуться к ней, доставить удовольствие, прижать к себе и никуда не отпускать. Слишком велик риск снова совершить ошибку.
Я вошёл в её комнату, в глаза сразу же бросились мишки, аккуратно сидящие на постели. С какого они заняли моё место, скоты, набитые плюшем!
Но когда я перевёл глаза на Машу, у меня едва ли не случился сердечный приступ. На ней был белый очень короткий джинсовый сарафан на клёпках, я бы мог одной левой сорвать его с её прекрасного тела. Я долго вглядывался, но так и не заметил следов бюстгальтера. Олег, о чём ты только думаешь? Знает девочка, как произвести впечатление на такого сентиментального мужчину.
Она прекрасно понимала, что я завожусь с каждым преодоленным сантиметром, когда медленно подхожу к ней. Я чувствую своим естеством, что она провоцирует меня. Хочет дразнить меня, пускай. Но если она зайдёт слишком далеко, я тут же уложу её на кровать.
— Ну ты и затарилась, — сказал я, изучая кипы книг из библиотеки. Некоторые из них уже лежали открытыми на столе, другие же стопкой стояли у батареи.
Маша пригласила меня за стол, мы сели рядом друг с другом, нас разделяли какие-то десять сантиметром, которые хотелось враз уничтожить.
Я пытался держать себя подобающе учителю, поэтому занялся тем, зачем собственно и пришёл.
— В первую очередь, нужно сделать акцент на политику и экономику. Если тебе попадётся текст на одну из этих тем, пиши пропало. Они там любят валить учеников, особенно учениц.
И так мы начали усердно работать, вроде бы всё шло в правильном ключе: я давал ей задания, она их выполняла, я проверял. За окном постепенно смеркалось, на небе стали появляться первые бусинки звёзд.
Маша переводила текст, её голова была наклонена набок, от напряжения она грызла карандаш, что дико возбуждало. Кого я обманываю! Меня всё в ней возбуждает! Начиная от этого дрянного сарафанчика, который еле-еле держится на её плечиках, заканчивая запахом лаванды, что окутал её волосы. Чует моё сердце, всё может пойти под откос.
Я не сдержался и заправил ей выбившуюся прядь за ухо. Как только я едва коснулся её шелковистой кожи, во мне начала кипеть кровь. Я безумно захотел не только энергетической, но и физической разрядки.
— Прости, не сдержался, — извинился я, когда Маша воззрилась на меня исподлобья.
Я пытался держать себя в руках. Мы оба вздрогнули, когда зазвонил мой телефон. На экране появилась надпись «Входящий от Елена». Я продолжал держать телефон, не решаясь ответить.
— Даже не ответишь? — ухмыляясь, спросила Маша. Мне кажется, или она считает, что у меня с Еленой роман.
Отшвырнул телефон на стол. Я так больше не могу. Каждое её слово, каждый взгляд, каждый поворот в мою сторону действуют, как бомба замедленного действия. Внутри я уже давно признал своё порабощение, извинился перед девушкой и спустился вниз под предлогом выпить воды.
Мой традиционный аксессуар — бабочка — сдавливал горло. Лицо налилось кровью, впервые в жизни я почувствовал на лбу испарину. Моя выдержка покинула меня в самый ответственный момент.
Ей не нужно было просить меня её трахнуть, я был сам готов на сто процентов. И если я сейчас же что-то не предприму, я могу вообще уйти из её дома от греха подальше.
Начал рыскать по шкафчикам, в одном из них нашёл бутылку виски. Отлил в крышечку и проглотил успокоительный напиток. Одной крышечкой я не ограничился. Так увлёкся, что осилил ещё семь.
Кажется, я готов.
Поднимаюсь опять в её комнату. Открываю дверь, сердце подпрыгивает в груди, когда я вижу девушку с моим телефоном в руках. Довольный и одновременно провинившийся взгляд встретил меня после небольшой передышки. Я сразу почувствовал что-то неладное.
— Что здесь происходит? Зачем ты взяла мой телефон? — она была уверена в своих движениях, встала в центр комнаты и ошарашила меня такими словами: