Они закопошились, стали переглядываться, занервничали, естественно есть повод спасаться бегством или на худой конец защищать свои задницы.
— Вы кем себя возомнили? — продолжал я пламенную речь. — Взрослыми?! Думаете уже самостоятельные, вам всё можно? Можно даже сбежать с моего урока?
Тут встрянул стоящий с учениками учитель:
— Кто Вам позволил прийти на мой урок? А ну быстро покиньте спортивный зал! — маленькая шавка продолжала на меня лаять, я игнорировал его нападки, потому что видел его впервые.
Когда я поравнялся с Геннадием и Марией, они ещё сильнее стали теребить кромку одежды, Маша вообще чуть ли не спряталась за одноклассником, да и сам Геннадий пытался не смотреть мне в глаза, рассматривая свои найки. Они меня боятся — это отрадно.
— Олег Михайлович, я могу объяснить, — начал ученик. — Нам всем сообщила Елена, что встретила Вас в коридоре, и Вы сказали ей, что занятия не будет.
Елена! Опять эта тварь! Как же я мог не догадаться, что это её рук дело.
— И Вы ей поверили? — ученики смущались и краснели, может я переборщил со словесной поркой. В любом случае, они провинились и должны быть наказаны по всей строгости.
— Вы вообще кто такой, и что Вы делаете на моем уроке? — опять вякнул этот недомужик.
— Это ты кто такой? — я хотел ему вмазать, но пожалел глаза и психику детей.
— Олег Михайлович, — сказал Геннадий. — Это наш новый учитель по физической культуре.
Я окинул его оценивающим взглядом. Что этот хлюпик может им преподавать?
— А я почему-то подумал, что это ваш тренер по аэробике, — ученики подавили смех, а новый учитель расправил свои три перышка и был готов рваться в бой.
— Вы почему мне дерзите? — замямлил он.
— Потому что ты мне мешаешь общаться с моими учениками!
— Вообще-то они должны общаться со мной, потому что они на моем уроке. Я сейчас их преподаватель, а Вы нагло ворвались на мой урок! — выбесил, сука!
— Простите, как Вас? — обратился я к нему.
— Антон Юрьевич, — горделиво ответил тот.
Я схватил его за ворот спортивки и оттащил на несколько шагов от открывших рот учеников.
— Слушай сюда, Антоша. Пока я здесь — ты будешь слушаться меня. После директора я самый главный мужчина в этой школе. Закрывать кому-то рот и командовать можешь в своём тупом физвозе, откуда ты пришёл! Понял?
Я не боюсь, что ученики нажалуются на меня. Такие как Геннадий, а в особенности Маша, умеют держать язык за зубами.
А теперь мне немедленно нужно поговорить с Марией, раз представилась такая возможность.
— Мария, а теперь пойдёмте со мной, нам нужно поговорить, — девушка удивилась, хлопая своими пышными ресничками.
— Вы не имеете права забирать ученицу без моего разрешения. Я её никуда не отпущу! — он что даун! Не понимает с первого раза!
— Мария, идёмте, — настойчивее произнёс я.
— Антон Юрьевич, мне правда нужно отойти, это, наверное, по поводу олимпиады.
А вот это моя девочка! Я был очень рад, что Маша пошла мне навстречу, а не поддержала сторону этого сопляка.
Мы вышли в коридор, Мария заняла позицию напротив, выжидая от меня хоть слова. Спасибо, что она в принципе согласилась со мной разговаривать после той ночи.
Когда она стоит и так требовательно на меня смотрит, в голове происходит какая-то центрифуга, мысли не хотят строиться в ряд, занимая позиции внахлест, опережая и расталкивая друг друга.
— Этой ночью ничего не было.
Зачем я только это сказал? Кто меня вообще за язык дёрнул? Ей и так стало ясно, что я обманул её, более того выставил и её, и себя в дурном свете. Ещё эта Елена всю погоду испортила.
— Это мы уже проходили. Если ты позвал меня за этим, то я уйду немедленно, — а она научилась держаться спокойно, в отличие от меня. После общения с Машей я полностью распустился, превратился в размазню, не лучше того хлюпика.
— Вообще-то я не это хотел сказать.
Драматично вздыхая, Маша разводит руками. Чёрт, этот день не может быть ещё хреновее!
— А зачем тогда сказал? Чтобы иной раз оправдать себя. Мысленно.
Её слова меня убивают, я и так знаю, что виноват перед ней. Если я сейчас же не поверну разговор в другую сторону, у нас вообще ничего не склеится.