В конце-то концов, я же не собачка какая-то, чтобы беспрекословно выполнять все его команды. Риск — оправданное дело, особенно когда это утро, и у меня без причины веселое настроение.
— Не пошли бы Вы нахуй, Олег Михайлович! — внутри всё трепетало от предстоящей расправы, уверена, Олег Михайлович часто гуглит изощренные методы наказания. Опыт у него точно есть.
— Не говори потом, что я тебя не предупреждал, — на весь коридор орал Олег Михайлович. — Сама напросилась!
И вдруг послышался необыкновенный топот, будто за мной гнался неуправляемый табун лошадей. Прежде чем я успела переключить «коробку скоростей», Олег Михайлович нагнал меня, и более того его финишный спурт оказался таким решительным, что он едва не сбил меня с ног.
— Доигралась! — триумфально объявил он, когда мы оказались на лестничном пролёте. Мне оставалось буквально несколько заветных ступенек до кабинета, но Олег Михайлович как всегда выгрыз своё преимущество.
Он не мог отдышаться, не думала, что несколько метров составят для него проблему. Его глаза просто пылали, когда он с прищуром изучал моё лицо. Меня удивило, что он даже не притронулся ко мне. В его манере грубо схватить меня за шкирку и размазать о ближайшую стену. Но нет! Он стоял смиренно, хаотично выпуская из легких воздух.
— Ты охуела покрывать меня матом в стенах школы? Если я сказал остановиться, ты должна без задней мысли сделать то, что я говорю! — то неожиданно выгоняет, то догоняет. Странный какой-то! А я значит должна подстраиваться под него. Не будет больше этого!
— Нет, Олег Михайлович, это ты часом не охуел преследовать меня в школе? — его лицо исказила обезображенная гримаса, он не мог поверить, что я в его личном присутствии, а не где-то за спиной, говорю ему такие слова. Сам матерится, а другим запрещает!
— Ты забыла мое отношение к таким грязным словам? Знаешь, что я могу сделать с этим наглым ротиком, — я хмыкнула, сегодня он меня не пугает, наоборот, смешит. В своём привычном тоне Олег Михайлович скользит по грани между учителем-педантом и папочкой с плеткой.
— У тебя всё? — демонстративно смотрю на часы. Мы стоим уже целых две минуты, а он толком ничего и не сказал. Зачем было догонять меня, всего лишь чтобы прочитать мне лекцию про чистоту русского языка.
— Нет, не всё! Вообще-то я хотел поговорить с тобой. А ты постоянно меня избегаешь. Почему я должен за тобой бегать? — не всё же одним сексом заниматься для поддержания тела в форме. Есть другие «виды спорта».
— Олег Михайлович, неужели Вы до сих пор не поняли, что меня с Вами ничего связывать не может. Зачем изыскивать какие-то встречи, моменты для выноса мне мозга. Трахайте кого-нибудь другого своим нравоучениями, — ища опору, Олег Михайлович расслабленно прижался к стене. Пусть даже он находился на расстоянии полуметра, его внешний вид всё равно будоражил сознание. Ему не стоит прикладывать каких-то экстра усилий, чтобы быть олицетворением секса. Так и сейчас, зная свои сильные стороны, он всего лишь занимает выигрышную позу, чтобы мои мысли превратились в самый запутанный клубок.
— Если ты правда до сих пор так думаешь, то ты глупая дурочка, — уголки его губ слегка поднялись вверх. Это самая чадящая версия пошлой улыбочки, что я видела в его исполнении. Похоже, он тоже сегодня добренький.
Я оставалась на своём месте, ведь не просто же так он «выловил» меня на разговор. Да и как я могу тронуться с места, под гнётом этого стального взгляда. Смотрит насквозь.
— У тебя так много косяков, — слишком медленно растянул он каждое слово. — Что я даже не знаю, с чего начать.
— О'кей, пока ты думаешь, — я полезла в сумку и достала телефон. Не знаю, как мне в голову пришла эта идея, но она казалась уникальной.
— Зачем тебе телефон? — растерялся учитель.
— Буду записывать наш разговор на диктофон. В случае чего, запись может стать самой что ни на есть уликой, — я надеялась, что смогу осуществить свой план? Только не в этой жизни.
Олег Михайлович без труда выхватил у меня телефон и спрятал в задний карман. Пусть теперь мои эротические селфи греют его задницу.