— Я избегаю неприятностей. — Она практически надувается.
— Удачи, блядь, с этим, малолетка. Я буду везде, куда бы ты ни посмотрела, — хриплю я.
Я наклоняю голову, провожу носом по ее шее и вгрызаюсь в горло.
Она подается вперед, обхватывая мои плечи руками.
— Неприятности, — говорит она со стоном в голосе.
— Неизбежные, — поправляю я ее.
Глава 6
Марго
Входить в квартиру, когда меня обнимает сводный брат, наверное, неправильно с моральной и любой другой точки зрения, но то, что он делает с моими внутренностями, кажется таким чертовски правильным.
Я выпила слишком много коктейлей, чтобы волноваться, а он выпил достаточно пива, чтобы даже, если раньше у него были проблемы с этим, — хотя я уверена, что нет, — сейчас ему тоже наплевать.
Я должна чувствовать себя неловко, ведь совершенно очевидно, для чего мы здесь, у Гриффа, в час ночи, но я этого не делаю. По правде говоря, если Лука не уложит меня в постель в ближайшее время, я сгорю от сексуального напряжения.
Мне даже не нравится этот парень. Он самоуверенный и самодовольный, высокомерный и упрямый, но, Боже мой, он великолепен. Он из тех, кого не можешь понять, хочешь ли ты ударить или трахнуть... хочешь ли ты ударить его коленом по яйцам или упасть на колени и высосать из него всю жизнь.
Я точно знаю, какой вариант выберу сегодня вечером.
Очевидно, мы не единственные, у кого секс на уме. Гриффин и Бет уже несколько часов не отходят друг от друга. Би уже вовсю отрабатывала свои стриптиз-движения, когда Лука вывел меня из гостиной в свободную спальню и закрыл за собой дверь.
Он прислоняется к двери, наблюдая за тем, как я отступаю к кровати.
— Я уже целую вечность думаю о том, чтобы трахнуть тебя.
Я поднимаю на него бровь.
— Держу пари, что для тебя это были очень долгие двадцать четыре часа.
Он отталкивается от стены, грубо беря меня на руки.
— Малолетка дает задний ход, да?
— Еще бы. — Я ухмыляюсь, обретая уверенность в себе, когда мы остаемся одни. Ничего такого, чего бы я не делала раньше. Он может дразнить меня за то, что я выгляжу молодо, но то, чего мне не хватает в этой области, я с лихвой компенсирую в других.
Я точно знаю, что это секс на одну ночь, а завтра будет чертовски неловко, но мне все равно.
Он горяч, мы пьяны, и я хочу его.
О неловкости у рождественской елки я буду беспокоиться позже.
— Что еще ты хочешь мне подарить? — дразнит он меня.
— Хочешь, я тебе покажу? — спрашиваю я, облизывая губы.
Он откидывает голову назад и стонет:
— Женщина моей гребаной мечты.
— Любая женщина, которая хочет, — это женщина твоей мечты.
— Не веди себя так, будто ты меня знаешь.
— Я знаю тебя. Ты дерзкий, чертовски сексуальный. Думаешь своим членом. Я что-нибудь упустила?
Он прижимает меня к себе, и то, что раньше походило на полмачты в его штанах, теперь стоит во весь рост.
— Этим членом? — он ухмыляется.
Боже, я, наверное, буду ненавидеть себя за это, когда проснусь утром, но даже ненависти к себе не хватит, чтобы остановить меня от этого.
Мне до смерти хочется узнать, есть ли у него причины быть таким высокомерным.
— А где же те причудливые движения, что были раньше?
— Ты хочешь, чтобы я станцевал для тебя или чтобы трахнул?
— Может, я хочу и то, и другое.
Он стягивает рубашку через голову, и мои пальцы, словно под действием гравитации, притягиваются к ее рельефным мышцам.
— Если я дам тебе и то, и другое, ты захочешь выйти за меня замуж, как и все.
Я стягиваю через голову свой собственный топ.
— Этого не случится. Поверь мне.
— Обещаешь, что утром все еще будешь меня ненавидеть? — рычит он, стягивая джинсы с ног.
— Как будто от этого зависит моя жизнь, — соглашаюсь я, снимая свою крошечную юбку и бросая ее на пол.
— Держу пари, ты будешь умолять меня о большем.
— Я буду слишком занята тем, что начну презирать все, что связано с тобой.
Он хватает меня за руку и заставляет потрогать его твердый член.
— Даже это?
— Может быть, не это, — быстро отвечаю я, и мой пульс подскакивает от ощущения его в моей руке.
Господи, это будет адская ночь.
Он наклоняется вперед, его зубы цепляют мое ухо, пока он расстегивает лифчик со всей точностью опытного плейбоя.
Надеюсь, он научился хорошим трюкам у всех этих женщин, потому что я собираюсь потребовать исполнения каждого из них.
Я уверена, что он это сделает: я уже чувствую слабость в коленях, а он еще даже не поцеловал меня.