Женщина промыла и перевязала рану на плече, помогла донести Никодима до лежанки и оставила пару наедине.
Пчелу хозяйка угостила медовухой, отчего пушистая довольно зажужжала, и положила спать рядом с очагом. Сама же вернулась в светлицу, вытащила из комода пуховое одеяло и легла на него у большого окна.
Звездная россыпь стала убаюкивать. Мерцание навевало дрему.
- Утро вечера мудренее, - прошептала Марта и сладко уснула.
Каково же было ее удивление, когда, проснувшись, она обнаружила дрова у стены трактирчика, прореженную репу в огороде и ароматную похлебку на кухне.
Со ступеней горницы спустилась юная фэй. Напевая, она обняла гномессу и поинтересовалась ее самочувствием.
- Нормально, - недоуменно ответила хозяйка.
Гигия налила Марте похлебки, положила куталь. На вопрос о женихе, она ответила, что Никодиму стало лучше. Полночи жених бредил, стонал, жар съедал его тело, но с рассветом Гри он сладко уснул.
Еще немного и они отправятся на поиски Дракона Бессмертия, Гиг была в этом уверена.
- Я три раза сплюну через левое плечо, - уверила ее Марта,- тогда точно получится. Только помни, что древний змей не делает одолжений. За все придется платить, девочка.
Гиг кивнула.
Ради жизни близких ничего не жалко. Она отдаст самое дорогое, чтобы мама, братик и Тоня вернулись на Кафару.
Так прожили феи в трактире «У Марты» месяц. Гигия каждое утро готовила завтраки, проверяла бочки пива в подвале, кормила овечку и Жужжаку на заднем дворе, затем садилась вышивать белые воротнички гномессы, пока полненькая и коротконогая хозяйка делала перевязки Никодиму. С уходом последнего посетителя, женщины садились на кухоньке, пили ароматный чай из листьев смородяшника.
За короткий срок заколдованная фэй и одинокий гном стали настоящими подругами. Даже Жужжака полюбила Марту. Когда та дремала на скамейке в главном зале трактира, пчела приносила охапку самых красивых и полезных цветов и ставила их рядом с приятельницей.
Никодим выздоровел, набрался сил, и пара решила, что пора уходить. Как ни грустно было признавать, но с Мартой надо было прощаться. Великая цель двигала ребятами. Великая и беспощадная, она заставляли идти на жертвы.
Марта всплакнула, потрепала юнцов за одинаковые рыжие челки и решила, что покидать гномьи поля, не прощаясь с жителями, невежливо.
- Мы закатим такой пир, какой еще не видывал Гномвилл, - объявила она и пошла к соседке за парой сотен свежих яиц.
В последний вечер перед отбытием дендронов в главном зале таверны «У Марты» собралась добрая часть населения деревни. Столы ломились от вкуснейших закусок из баранины, сладких пирогов и ягод. Пиво и эль лились рекой. Гости танцевали, произносили витиеватые тосты на древнекхуздульском и поздравляли Никодима с выздоровлением.
Марта сунула в руку Гиг кружку.
- Попробуй пиво, за которым ты следила целый месяц. Оно вышло на славу.
- За здравие всех гномов Кафары! - крикнула Гиг и подняла деревянный кубок.
- За здравье! – послышалось в ответ.
Фэй сделала пару глотков и поморщилась. Горькая жидкость обожгла горло. Через пару минут голова Гигии закружилась, и девушка решила выйти на воздух.
У лестницы ее ожидал сюрприз. Хмельной Никодим пел детскую песенку про мотылька, которую они учили в школе фей, и пытался сесть на ошарашенную Жужжаку. Увидев невесту, парень просиял.
- Милая Гиг, радость моя! Как же здесь хорошо! Гномы живут своим трудом, радуются мелочам, воспитывают прилежных и добрых малышей. Все здесь ладно. Я желаю остаться в поселении, родить прелестных фейчиков и жить долгой, счастливой жизнью простого гнома. Как тебе идея?
- Идея смешная, мой друг. Мы не гномы, - строго отрезала девушка.
- Ах, да, - понуро ответил Никодим и с нежностью поцеловал возлюбленную.
Голова феи снова закружилась. На сей не от хмеля, а от теплого чувства к милому Нику.
В сладости поцелуя, пара не заметила, как воздух вокруг накалился, и нежное сияние окутало тела новоиспеченных гномов с душой истинных волшебников. Желание юного фэй, несмотря на проклятье, начало исполняться.
Глава 4