Мистер Февраль [ЛП]

— Возможно?

— Хорошо, я определённо сказала кое-что им обоим, но я не смогла уйти оттуда достаточно быстро, если быть полностью честной.

— Так ты не будешь организовывать их свадьбу?

Она выдавливает смешок.

— Чёрт возьми, нет. Ты сошёл с ума?

Я киваю, хотя она даже не может видеть меня.

— Хорошо, — бурчу я. — И да… Возможно.

Я хожу по комнате, не зная, чем себя занять. Я разрываюсь между тем, чтобы закричать или ударить что-нибудь, но не могу сделать ничего из этого, пока разговариваю с Кэти по телефону.

Во всем этом нет её вины, но мой тщательно построенный довольно маленький мирок только что снова рухнул.

Это не два шага вперёд и один назад, скорее два шага вперёд и резкий рывок в противоположном направлении.

Прямо сейчас я снова там, на кухне, с Лиззи, которая говорит мне, что она встретила другого. И она уходит. Между нами всё кончено.

Я снова вернулся к тому, что моё сердце разбито.

— Ты в порядке? — спрашивает Кэти, и, честно говоря, я забыл, что она всё еще здесь, на другом конце трубки, прижатой к моему уху.

Я не могу ей позволить увидеть то, что я чувствую. Я уже заставил её пройти через всё это и дал ей так мало взамен, я не хочу, чтобы она видела меня таким.

— Можем перенести наш сегодняшний ужин? — удаётся мне выдавить из себя. — Я не очень хорошая компания сегодня.

— Джексон… Пожалуйста, не делай этого, — умоляет она.

Она знает меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что сейчас происходит. Она знает, что я близок к тому, чтобы развалиться на части.

— Я в порядке, — говорю я ей, и это первая наглая ложь, что я когда-либо говорил ей, и я начинаю ненавидеть себя в ту же минуту, когда говорю это.

Я вообще не в порядке. Она знает это так же хорошо, как и я, и я чувствую, что отталкиваю её, хотя понимаю, что должен прижать её ближе, но я совсем не в себе.

Она долго молчит, а когда снова начинает говорить, это вот-вот разобьёт мне сердце даже больше, чем когда-либо могла разбить его Лиззи.

— Я действительно беспокоюсь за тебя, Джексон. Я здесь, если нужна тебе, хорошо? Просто возьми телефон и позвони мне. Я обещаю, что не подведу тебя… Я не она.

У меня даже нет шанса ответить, прежде чем она кладёт трубку.

Я сжимаю телефон в руке и раздумываю насчёт того, чтобы швырнуть его в стену своего кабинета, но не делаю этого. Даже сквозь свою всепоглощающую ярость я снова и снова слышу у себя в голове слова Кэти, говорящую взять телефон и позвонить ей.

Она всегда выступает в роли голоса разума.

Я не позвоню ей, не сейчас, когда я в таком настроении, но что-то у меня в голове подсказывает мне, что я не должен полностью исключать этот вариант. Я не хочу подводить её еще больше, чем уже это сделал.

Я довольствуюсь тем, что швыряю телефон на диван и издаю полукрик разочарования.

Чёрт возьми, мне нужно выпить.

Думаю, мне нужно около десяти порций, и, к счастью, я знаю нужное место.

* * *

— Знаешь… Это просто чушь… Ты понимаешь? — Я оглядываюсь, пытаясь найти, где оставил Брина.

— Я тут, здоровяк, — говорит он мне, садясь рядом и хлопая по плечу. — И я тебя слышу, да, это чушь собачья.

— Бред, — бормочу я себе под нос, делая ещё один глоток выпивки.

— Это будет звучать как клише, но ты знаешь, что тебе будет лучше без неё, правда? Отдай Гранту свои грязные объедки.

Я смотрю на него и опрокидываю в себя ещё одну порцию даже не знаю, чего.

— От этого я не чувствую себя лучше.

— Ну, так и должно быть. Лиззи была сучкой.

— Сучка, — бормочу я, соглашаясь.

Я жестом прошу Ника подойти и налить мне ещё, но Брин останавливает его взмахом руки.

— Ты здесь закончил, босс.

— Но это мой бар, — бормочу я.

Даже я знаю, что слишком зол, но, как и настоящий пьяный мудак, я не хочу уходить тихо. Прямо сейчас я похож на свой самый худший кошмар во время смены в баре.

— Ты чертовски прав, твой, и у тебя здесь целая чёртова куча клиентов, которые платят деньги, так что как насчёт того, чтобы прекратить устраивать сцену и вместо этого тихо пойти спать.

Я пытаюсь развернуться на своём месте, чтобы посмотреть на него, но вместо этого каким-то образом умудряюсь упасть на пол.

— Ох, — протягивает Брин. — Пол действительно тебе действительно идёт.

— Я тебе дам «ох» через минуту, — говорю я, пытаясь подняться на ноги, но позорно терплю поражение.

— О, да, сейчас ты настоящий Роки (прим. — Отсылка к фильму Роки, где главный герой — боксёр-любитель), — смеётся он, поддерживая меня за плечи и помогая подняться.