— Прекрати оскорблять его. Анастейша… не в курсе контракта, — вру я.
— Замечательная семейка, — усмехается Элена, — Я просто в восторге, — она протягивает мне договор, и я забираю его.
— Видимо, материнское сердце во мне живо, раз я пыталась разрушить то, что так уверенно выстраивал твой сын.
— И твоя дочь.
— Айрин наивная дурочка. Ничего. Я исправлю это. Когда-нибудь, она станет женщиной, за которой каждый бы дал гору бриллиантов. Я… у меня есть желание открыть ей всё, но, Кристиан… Мы не должны действовать слишком быстро. Всё что мог, ты сделал. Теперь, дело за мной.
— Да, Элена, — кивнул я.
— За начало сотрудничества, — Элена подняла бокал, соединила его с моим. Мы выпили.
Теперь, я видел в её глазах настоящую ненависть… Она ненавидит Теодора. Я буду вдвойне оберегать его, но не буду мешать разрушению их с Айрин отношений. После ужина, он проводила меня до выхода из ресторана, а затем, гордо держа спину, ушла. Я вернулся домой поздно. Там, как назло, дома не было Анастейши, которая могла бы поддержать меня. Выпотрошенного, чувствующего себя предателем… Но я всё делаю для Теда. Для их лучшей жизни. Во всём доме было тихо, но едва я сел на диван, начал разрываться городской телефон. Я нажал кнопку, переводящую речь на громкую связь, и услышал голос — почти металлический, почти дрожащий.
— Кристиан Грей у телефона, — ответил я, перед тем, как услышать это:
— Мистер Кристиан Грей, с вами говорит работник службы МЧС Соединённых Штатов Америки. В авиакатастрофе погибли ваши знакомые или друзья… Вообщем, люди, на которых вы заказывали билеты — Софи Тейлор и Адам Флинн. Приносим наши соболезнования. Вы сами оповестите родственников, или это сделать нашей службе?
— Я… — я еле держался на ногах, — Я всё… всё сделаю сам.
Фиби
В каждой моей вене разгорается истерика. Боль. Дышать становится невозможно. Я вся вспотела, а ноги и руки ледяные. Везде темнота и я одна. Я совсем одна!.. Меня накрывает ужасная волна, чёрная и грязная, пытающаяся опустить меня на самое дно. Держаться больше нету сил!.. Я тону! Спасите!
Я проснулась оттого, что рыдала во сне… Меня трясло, и я не могла успокоиться. Дверь открылась, струя света разлилась по комнате. Вошёл Тед. Господи, Тед!.. Я глубоко выдыхаю.
— Фиби, ты как? — он сел на край кровати, — Ты кричала во сне…
— Мне… — всхлипнула я, — Я задыхаюсь… чувствую, что задыхаюсь.
— Почему?..
— Мне снилось, что я… Я тону. Тону и некому меня спасти. И так странно, но я чувствую это до сих пор. Точно кошмар ещё не кончился. Он только начинается, Тед!..
— Нет, Фиби, дурочка, нет, — Тед подсел ближе ко мне, крепко обнял.
В открытую дверь комнаты влетела Джемма. Это, точно, не предвещало ничего хорошего. А более того то, что она была не похожа на себя. Нижняя губа дрожала, она бледна, как смерть, которая овладевала мной во сне.
— Что ты тут делаешь? — как можно мягче, заметив её состояние, спросил Тед.
— Я… Я случайно… Случайно слышала…
— Что? — спрашивает Тед, — Что ты слышала?
— Только что звонили мистеру Грею. На городской телефон. Фиби, Тед., — она всхлипнула, проглотив волнение, — Самолёт… разбился…
Сознание моё помутнело. Я поняла, что отключаюсь.
Комментарий к Just to be together
Писала главу под:
James Arthur – The Power of Love
Простите за это всё… Мне самой плохо…
========== Part 1. Epilogue ==========
Теодор
Дорогой мой друг, Тедди Грей,
Знаешь, я даже рада, что мы не попрощались. Я не люблю прощаться, потому что не люблю слёзы и длинные-длинные комментарии по поводу этого грустного часа… Зачем нужно прощание? Наверное, чтобы встретится снова. И я буду ждать этой встречи.
Почему я решила тебе написать? Видимо, потому, что я твой личный секретарь и верный советник, если ты ещё не забыл. Что мне тебе посоветовать?.. Беречь себя, беречь свою любовь и бороться за неё. Я уверена, что вы с Айрин будете вместе. Обязательно. Иного, просто, быть не может! Вы два лидера, но я думаю, что твоя сексуальная блондинка совсем не глупая и обязательно уступит тебе в первенстве. Буду очень ждать приглашения на свадьбу! Очень хочется быть одной из свидетельниц Айрин! Я так мечтаю об этом! Я так мечтаю, чтобы вы были счастливыми… Большего я и не хочу просить. Наверное, я никогда не любила и не смогу понять, что вы испытываете, но я знаю, что это поглощает. Я это вижу. Это прекрасно. Я буду очень счастлива, если вы с Айрин найдёте своё счастье. А впрочем, вы его уже нашли. Друг в друге. Я надеюсь, что вы его не потеряете.
О том, что касается любви Фиби… Я говорила с ней перед тем, как уехать, пыталась поднять её поникший дух всеми силами. Знаешь, я думаю, у неё к Адаму не платоническое влечение, а чувства. Она нуждается в том, чтобы любить и всецело дарить свою любовь. Знаешь, мне кажется, она всегда будет верна своему первому импульсу, первому чувству. Увы, практика показывает, что такие люди редко бывают счастливыми, но они несут счастье другим. Я очень надеюсь, что она станет исключением из правил. Я знаю, она дождётся своего грешника Адама - Ромео, и станет совершенно счастливой Фиби - Джульеттой. У них будет счастливый конец.
Вы мне очень дороги, Греи. С самого детства. Знайте, я всегда жду вас в гости в Мюнхене, и всегда буду рада всех вас принять! Буду очень скучать, Тед.
Буду ждать.
С любовью,
Софи Т.
Этому письму уже шесть месяцев. Я не знаю почему, но я перечитывал его почти каждый вечер с того момента, как узнал о страшной трагедии. Сегодня, при его прочтении, мне стало стыдно. Если обычно это был целый кутеж эмоций — страдание, всепоглощающая боль потери подруги и обида за чужую, не достаточно полно прожитую жизнь, то сейчас… Сейчас это был стыд. Мне кажется, в свои восемнадцать лет я испытал слишком много.
Три дня назад я едва не умер… Стыдно мне было потому, что мы с Айрин… уже три дня не вместе. Сердце наполняется болью, при произнесение этих слов даже в мыслях. Она бросила меня. Всё это чётко стоит перед моими глазами до сих пор…
За неделю до нашего конца, Айрин рассказала мне о том, что у неё есть другая мать. Родная. Просила у меня прощения за то, что довольно долго скрывала это от меня, но, если честно, потеря в весе, бледность, постоянная растерянность и какая-то детская незащищённость, дали мне повод думать, что у неё что-то не так. Что дело не только в экзаменах, подготовки к поступлению в Калифорнийский государственный университет. Исполнение её мечты — становление известной танцовщицей — во многом зависело от её утверждения на место. Сколько было радости, когда она открыла конверт и объявила о том, что её кандидатура утверждена… Но не было восторга, который можно было ожидать. Она по-прежнему была какой-то опустошённой и я принял решение поговорить с ней. Она рассказала мне всё… Оправдывала себя тем, что на меня и так свалилась смерть Софи, моего друга Адама, болезненно переносящая всё Фиби… Она сказала: «Я не хотела нагружать тебя собой…». Она сказала это мне! Господи! Как она могла думать так?.. Мы крупно поссорились из-за этого… Но лишь на один день. Я вспомнил всё, что было и, как дурак, напившись, пел серенады под её окном. Она меня простила.