По пути я купил букет из ста одного белого тюльпана, и, когда в поле зрения появился заветный дом, я остановился на парковке, а затем, быстрыми шагами направился к её окну.
Только в нём горел свет. Я встал прямо под ним в нетерпении ожидая увидеть её, но до этого, я оставил у входных дверей букет тюльпанов, которые купил сразу с вазой.
Я набрал её номер, пристально смотря в стеклянные створки излучающие свет…
— Айрин Уизли. — услышал я через пару гудков.
— Я знаю. — сказал я.
— Тед… Я рада тебя слышать…
— А видеть будешь рада? — спросил я. Последовало продолжительное молчание…
— Выгляни в окно, Айрин. — проговорил я, устремив в него все глаза. Когда она посмотрела в него и улыбнулась, моё сердце забилось очень часто… Боже. Она самая красивая в этом мире.
Заметив то, что она стала открывать окно, я дал отбой и ожидал её слов, её взглядов…
— Тебе так нравиться исполнять мои желания? — спорила она, с лучезарной улыбкой.
— Безумно нравиться.
— Тогда, я бы очень хотела, чтобы ты залез ко мне в окно… — сказала Айрин, покрутив на пальце прекрасный, светлый локон.
— Для тебя, мой ангел ада… — сказал я.
Посмотрев на дерево, я мысленно перекрестился. Прошлые попытки залезть на него, даже с помощью братьев Флиннов, заканчивались плачевно… Хорошо. Небо поможет мне. Весёлый вечер, ничего не скажешь.
Я отошёл от дерева на несколько шагов, а затем, разбежавшись, резко на него забрался. Пару движений, и, вот, я уже на ветке ведущей к её окну. С осторожной быстротой перебирая руками, через какие-то две минуты, я уже сидел на подоконнике… Спасибо тебе, Господи. Фух.
Встав на пол, я отряхнул руки и джинсы, а потом, посмотрел Айрин прямо в глаза.
— Ну, я здесь. Что теперь? — спросил я, сексуально улыбаясь.
Айрин закусила губу, поправив классные ночные шортики, проведя по ним руками…
— Я думала, что ты не залезешь, поэтому не составила план дальнейших действий… — признала она.
Что? Думала, что не залезу? Это, должно быть, Джей… Джей! Зоопарк! Суббота!
— Айрин, нам придётся перенести зоопарк с Джеем… Я возвращаюсь только в воскресенье. — сказал я, пожав плечами.
Она с досадой сжала губы, а потом, сказала:
— Ладно. Я объясню ему. Теперь, в следующую субботу?
— Да.— ответил я, а потом, решил вернуть её улыбку, — Ну, что там с планом дальнейших действий?
Как я и хотел, она сразу повеселела, а потом схватила со своей кровати плеер, и, дав мне один наушник, взяла в ухо другой и нажала на «play».
Наши уши заполнил тихий голос Эда Ширана, его песня “Поцелуй меня”… Слова песни говорили о многом, ведь мы до сих пор не поцеловались с Айрин… Хотя, больше всего было понятно то, что Айрин хотела танцевать со мной. Притянув её за талию ближе к себе, я целовал её прекрасные, вьющиеся от природы золотые волосы, стараясь насладиться моей девочкой, её запахом…
Мы танцуем. Вдвоём. В небольшой, уютной комнате сделанной в светло-лиловых тонах… Я и она. Она и я. И больше никого… Когда мы закончили танец, я понимал, что поцеловать её сейчас — это навсегда сделать её своей. Навсегда стать её частью… И я хочу этого. Но я хочу наш первый поцелуй в более романтичных обстоятельствах…
Мы танцевали медленные танцы близко прижавшись друг к другу, дыша дыханием друг друга… Её горячие ладони лежащие на моих плечах и столь же нагретая щека на груди, согревали меня потоками вулканической лавы… Я люблю эту девочку. Я буду помнить эти секунды в самолёте, в Аспене и через сорок лет…
Устав танцевать, Айрин выключила плеер и повалила меня на кровать, а потом, уместилась рядом.
Я гладил волосы Айрин и рассказывал ей о городе в Колорадо, о таинственном горном курорте Аспене, о его природе и о том, как бы ей там понравилось…
— Обещай, что мы поедем туда. Только вдвоём. Ты покажешь мне всю эту красоту… — попросила Айрин, щекотя тёплым дыханием мою грудь.
— Обещаю. — сказал я, и начал вслух представлять наше путешествие… Её танцы в горах. Её прекрасную фигуру носящуюся по холмам, горам и равнинам…
Я услышал тихое сопение.
Через минут семь-десять, она уснула… Моя девочка. Она так устала. Я поцеловал её в лоб. Я не хотел уходить… Вечность бы мог любоваться ей, спящим адским ангелом. Губы Айрин были немного приоткрыты, ресницы трепетали, волосы золотыми потоками разбросались по подушке… Она прекрасна. Алебастровая кожа, тонкая и нежная шея, чувственные губы… Она моя. Она должна быть только моя…
Переборов желание вечно любоваться ей, я, аккуратно поднявшись с кровати, накрыл её сложенным на конце постели пледом. На её столе лежал чистый, белоснежный листок бумаги… Я взял лежащий рядом красный маркер и нарисовал на листе огромное сердце, вписав посередине имя «Айрин», а сверху дорисовал указатель в форме стрелки, подписав: «Сердце Теодора Грея”… Пусть вспомнит обо мне, когда проснётся…
Ещё раз посмотрев на создание сказочной красоты, на её божественное лицо и тело, я поспешил вылезти из окна… Было темно и трудно, но всё обошлось без травм.
Запрыгнув в Ауди, я очень быстро добрался до Мэйсона, который был немного в непонимании, где я ездил так долго…
— Мэйсон, ты говорил, что Кэндриль на всех парах с Айрин, да? — спросил я, двигаясь в потоке машин.
— Да. — ответил друг.
— Ты можешь попросить её, чтобы она всегда и везде сидела с Айрин? Чтобы следила за ней на физкультуре и проводила перемены вместе с ней, а потом, провожала домой до остановки? — сказал я.
Мэйсон посмотрел на меня сдвинув брови.
—Могу, и знаю, что сорока согласиться, но понравиться ли это Айрин?
— Пока меня нет, я должен быть спокоен за неё. С Кэндри это возможно. Вполне реально. Я знаю, что это нужно. Позвони ей, Мэйсон. — сказал я, а мой голос был пропитан тиранией и бесповоротным приказом.
Мэйсон кивнул, а потом набрал номер Кэндри и обо всём договорился.
Когда мы доехали до дома, я немного нервничал, ведь моя поездка заняла времени не больше часа, но больше, чем предполагалось.
Когда мы зашли, то девчонки вповалку дремали на диване в гостиной, в том числе, и прибывшая Эва, Ана и Кристиан, было слышно, что мыли вдвоём посуду, а Ян Флинн, сидел на своём чемодане и любовался спящей Фиби.
На секунду, мне стало его жаль. Если Фиби влюбилась в Адама, она будет любить его всегда… Мама говорит, что это черта Стиллов, а папа утверждает, что Греев… Как бы то ни было — мы однолюбы.
— Привет. — шепнул я Яну, подойдя со спины, немного напугав его. Он не произнёс ни звука, но его лицо изобразило такой ужас, а тело так странно дёрнулось, что мы с Мэйсоном без звука заржали… Херь, как это было смешно!
— Ты идиот, Тед! — шикнул Ян на меня.
— Пусть так. — подтвердил я с ухмылкой на лице, и, заметив, что рядом с диваном стоят чемоданы и сумки девочек, я вспомнил, что не хрена не собрался сам!
Недолго думая, я попросил помочь своих друзей, понимая то, что мой вечер выдался по-настоящему чертовски весёлым…