— Сука. — шикнул я и скатился по противоположной стенке.
Парень слез с металлической скамьи и присел рядом со мной.
— Да… Жёстко ты трахнул ногой стену. — сочувственно сказал он, — При всём уважении, ты дебил.
— Спасибо. — вздохнул я.
— Меня зовут Макс. — непринуждённо сказал он, — Макс Родригес. — добавив фамилию, он дружелюбно улыбнулся.
Стоп.
Месяц назад, на просторах интернета, я нашёл шикарные снимки одного довольно известного фотографа, который является однофамильцем этого парня…
— А ты случайно не родственник фотографа Хосе Родригеса? Я видел его работы, там, кажется, на некоторых был ты… — выпалил я.
Парень немного покраснел.
— Вообще-то, он мой пахан. — улыбнулся Макс и поймав моё выражение лица, изображающее благоговейное удивление, растянул губы шире, — Да хватит про меня! — покраснел парень, — Нашёл знаменитость. А тебя как звать-то?
Я вздохнул, зная реакцию на мою фамилию.
— Теодор Грей. Можно просто Тед.
Макс поднял брови.
— Ты приходишься кем-нибудь Кристиану Грею?
Начинается… Ну конечно, какая собака не знает моего отца?
— Я его сын. — пожал плечами я, — В этой злосчастной ситуации, я бы предпочёл не быть его сыном. — пробормотал я тихо.
-Что, он тебя откутузит? — усмехнулся Макс.
Я фыркнул.
— Мой отец против физического насилия над личностью. Он сразу приступит к потрахушкам с моим мозгом.
— О, — восхитился мой новый знакомый, — А мой отец может врезать. К тому же, мне очень крупно не везёт потому, что он сейчас в Аспене со своей новой бабой. И если его разбудит звонок полицейских - мне жопа. — он ненадолго замолчал, — Мать говорит, что это предательство, но… Но она не знает, что я чхать хотел на него и на его новую пассию. Просто… это круто. Я имею ввиду не совсем это… — он обвёл взглядом наше местонахождение, — Я имею ввиду Аспен, девочки…. Водка. — он улыбнулся шире.
— Мои родители в Сиэтле. Но папа может подключить к делу свой личный самолёт — и всё изменится очень быстро.
— Хм… А я из Портленда.
— Не так далеко.
— Ага. — подтвердил он, а потом засмеялся, — Где бы мы ещё могли познакомиться, как в полицейском участке города-курорта?
— Да уж. Точно. — усмехнулся я.
Мы услышали шаги и переглянулись. Я устремил взгляд на коридор, расчерченный решёткой, ловя звук приближающихся шагов. Сквозь “клетку”, я увидел инспектора Миддала, а следом за ним… шёл этот самый пидарас Дэвид.
Только его тебе не хватало для полного счастья, Грей.
Миддал поколдовал с замком нашей камеры и он открылся. Дэвид вошёл.
— Что? Неужели правительство вершит справедливость и тебя, всё же, сюда запихнули? — спросил я, с иронией выгнув бровь.
Дэвид усмехнулся, безразлично глядя мне в глаза.
“Меня сейчас стошнит, не улыбайся.” — хотел сказать я, но с большим усилием сдержался.
— А ты остряк, Грей. — сказал он.
— Благодарю. — выплюнул я.
— Да ладно. Ты свободен. Скажи “спасибо” Дане.
Блядь, кто он? Царь и бог? Владеет всем, чем душе угодно?
О, не-е-е-ет! До меня дошло спустя четыре секунды…
— Только не говори, что твой папаша депутат Колорадо…— умоляюще проныл я.
— Могу не говорить, — пожал плечами он, — От этого нечего не изменится.
О, чёрт!
—Тупой папочкин сосунок. — пробормотал я себе под нос.
Макс хихикнул. Дэвид, видимо, не расслышал.
— Что? — спросил он быстро.
— Ничего. — сразу ответил я.
Дэвид пристально посмотрел на меня.
— Грей, забудь о Дане, ок? — спросил он, пытаясь сделать лицо “опасного мачо” — меня разбирал внутренний смех, — Ты ей нахер не нужен. Просто оставь её.
Я насмешливо растянул губы.
— Ты слышишь себя? — спросил я, он не понимающе нахмурился, — Минуту назад, ты сказал мне благодарить Дану за то, что мне дарована амнистия, а сейчас — говоришь, что я ей “нахер не нужен”. Не совпадает, тебе не кажется?
Он сжал желваки.
— Ты слишком высокого о себе мнения, Грей, если думаешь, что ты ей так важен. Она просто не хочет оставить друга в беде. Хотя, я считаю, что ты и дружбы с ней не достоин.
Он специально провоцирует меня на то, чтобы я рассказал ему, как сегодня мы чуть не перепехнулась в sky-лифте? Это чесалось на моём языке, но я не такой ублюдок, чтобы хвастаться подвигами в обольщении слабого пола. А особенно, я знаю, что не способен на подобную подлость в отношении человека, который мне более или менее дорог, или, вообще, просто не безразличен. Возможно, что она могла лгать ему о том, что я ей -лишь простой друг и ей на меня глубоко фиолетово? Возможно… Зачем мне тогда вести себя, как козёл и устраивать такие пакости?
Я посмотрел в глаза Дэвиду и сказал:
— Быть может, я не достоин её дружбы. Не достоин быть для неё “важным”, но… Но я знаю, что я достойнее тебя, уж поверь мне. Ты себя так бережно несёшь. Расплескать боишься. Ты струсил отведать мой хук справа и послал охрану. Ты же просто ничтожество… При всём уважении к властям Колорадо. — добавил я, усмехаясь.
Макс снова заржал. Дэвид холодно посмотрел на него и он стушевался. Я испепелял глазами стоящего напротив меня ублюдка. Дэвид посмотрел на меня.
— Скажу одно, — резко сказал он, — Язык твой - враг твой. Я здесь только ради Даны. И повторять тысячу раз, что ты можешь идти - я не намерен.
— Я не выйду, если ты не выпустишь Макса. — поставил ультиматум я.
Дэвид, будучи в лёгком шоке, округлил глаза.
— Вот наглость! - забасил инспектор Миддал. По нему было видно, что он слишком долго сдерживался и, наверное, так бы, как начал, так и продолжал выплёскивать свои эмоции, но Дэвид остановил его жестом руки. Он умолк.
— Вы свободны. — сказал Дэвид.
Я думал, что мой слух меня обманывает. Такого поворота я не мог предугадать. Секунд десять, я просто смотрел на него. Макс толкнул меня в плечо и я вышел из ступора. Встал. Подал руку Максу и тот поднялся.
Макс скоренько, радостно насвистывая, вылетел прочь из камеры, а я задержался и посмотрел в глаза Дэвиду. Во мне зрело что-то такое, что подсказывало уважать его… Я старался отогнать от себя эти странные мысли. Но Дэвид вдруг протянул мне руку.
Я взял её, пожал, а он ответил мне. Это было подкреплено только зрительным контактом. Мы молчали. Я действительно хотел его уважать. Я даже начал искать явные причины для этого действия.
— Спасибо. — нашёл в себе силы сказать я.
Он ослабил хватку.
— Я уже говорил, чтобы ты поблагодарил Дану. О том, что ты был здесь — можешь забыть. Твои родители об этом не узнают, можешь не волноваться.
Я кивнул.
Мы оборвали рукопожатие и я, попрощавшись с Дэвидом кивком, прошёл по коридору, а затем спустился по лестнице к выходу. У дверей мне дали мой шарф, который я потерял, когда они меня затаскивали.