ЧЁРТ!
— Промах-промах! — хохочет он, пока из моих ушей струится пар от злости, — Не надо ничего показывать, Фиби! Я воздержусь!
Я ускоряю бег, и он спотыкается о какую-то фото-бандурину. Есть! Очень вовремя, мисс Грей.
Я с кулаками накидываюсь на него, но эта наглая симпатичная и тупая скотина блокирует мои удары, а после и вовсе сжимает запястья. Я кривлю губы и рычу:
— Вот именно, мистер Родригес! Воздержитесь от подобных шуточек на мой счёт.
— Ох, мисс Грей, боюсь спросить, у вас «недо» или «пере»? — в его глазах блестят смешинки, а кости моих запястий уже хрустят. Вот ведь громила! Ну и кулачища…
— О чём ты? — выдавливаю сквозь сжатые губы.
Макс округляет глаза и улыбается.
— Есть такие состояния, при которых человек слишком раздражён, или нервно возбуждён… Эм, такие состояния, как «недо» и «пере»: недосып, пересып… Недотрах и перетрах. Так что же у вас? Первое или второе? Я склоняюсь к варианту номер один, — он хохочет, и до побеления кончиков пальцев сжимает мои руки, не позволяя кистям шевелиться.
Та чёрт! Почему он такой невыносимый? Как я могла так ошибаться?!
— Отпусти меня, подлец! — рычу я, — Отпусти и иди к чёрту. Я хотела тебе помочь, потому что думала, что ты нормальный парень, и… О, Господи! Я действительно хотела помочь тебе, а ты?! Вместо того, чтобы выслушать — оскорбляешь. Эва — потрясающая, лучшая, и если бы не ты со своим дерьмовым появлением в её жизни, она была бы по-настоящему счастлива, а не закрывалась в себе! Даже от меня — от её сестры! Я хотела пригласить тебя на вечеринку для неё, которую я устраиваю у себя дома, но теперь… Я вижу, что ты ничем не блещешь и я обязательно найду способ, чтобы отвязать её от мыслей о тебе! Пусти меня! — ору я на него с яростью, пока сильные руки крепче сжимают мои.
Кровь шумит в висках, а я не ощущаю боли в запястьях. Я чувствую только горький яд разочарования в человеке, которого считала настоящим, достойным Эвы. Ненавижу обманы собственной интуиции!
И он, естественно, мудак!
Макс притягивает меня за запястья совсем близко к себе и наклоняется к моему уху. Горячее, порывистое, неровное и яростное дыхание опаляет меня с каждым его словом:
— Полегче, малышка Фиби, полегче. У тебя проблемы с юмором и с самоиронией, но я уверен, девочка, что это поправимо. Это раз. А два, — он отодвигает губы от моего уха и смотрит своими тёмными глазами в мои, — Раз ты пришла, то я действительно чем-то «блещу», и что-то мне подсказывает, что ты не человек ошибки. И, наконец, третье: я приду на вечеринку, потому что реально тащусь от твоей блондинистой сестрёнки. Твой мобильник сохраню, кинь мне время и адрес СМС-кой, — он отпускает мои руки и медленно отстраняется.
Я, наконец-то, свободно выдыхаю и чувствую у основания ладоней покалывающую боль.
— И да, Фиби, прости, — когда я собираюсь разворачивается и уходить, говорит он.
Я сдавленно улыбаюсь.
— Хорошо, — без выражения отвечаю я, — Я скину адрес и время.
Он кивает. Я отвечаю тем же и разворачиваюсь к дверям, идя к ним уверенной походкой.
— Фиби, — окликает он меня. Я торможу, но не оборачиваюсь.
Что ещё ему надо?! Я рада, что он придёт, что он извинился, и что всё у Эвы будет хорошо. Но мне до сих пор, теперь, наша компания не приятна… Бесит! Просто чисто бесит! Почему мужчины такие придурки? Ненавижу, когда они включают режим «всезнайки&мачо» после того, как довели до истерики и обидели.
— Фиби, — снова зовёт он и я с усилием воли поворачиваюсь лицом к нему, — Ты пойдёшь по коридору без…без своих спец.орудий? — он указывает рукой на разбросанные в разных сторонах лабутены. Я мягко засмеялась, и почувствовала, как напряжение меня отпустило…
Ему стоило лишь пошутить — и я расслабилась. Значит, я и вправду, глупо вспылила… Когда у меня были такие проблемы с самоиронией?! Почему-то, что он сказал, так задело?
Я с улыбкой пошла за своими «орудиями». Пока я взяла один туфель, Макс поднял второй и подойдя мне навстречу, подал мне.
— Спасибо, — тихо сказала я.
— Без проблем, — ответил Макс, улыбаясь, но на моё удивление он продолжил, — Знаешь, Фиби… ты классная сестра, и… очень искренняя, милая девчонка…
— Что ты хочешь? — закатила глаза я, он рассмеялся.
— В общем, я хотел сказать, — начал он, слегка взволнованным голосом, делая короткую паузу, — если ты будешь общаться с Эвой «обо мне по секрету», то скажи ей, что я повесил её фотографии в своей комнате и… что тоже думал только о ней все эти дни. Передашь, хорошо?
Я расплылась в улыбке от такого искреннего и личного признания. Да, я знала, что он лучший вариант для Эвы. Их встреча была не просто так! Я вообще не верю в случайности.
— Хорошо, — коротко ответила я, и хотела бы уходить, но в голове в секунду возник вопрос…
Фотографии?
— Ты сказал… «фотографии»? Когда вы успели? — искренне изумилась я.
— Пока вы прогуливались по Аспену, — просто сказал Макс, — Ты надолго в Портленде? — переведя тему, спросил он.
— Сегодня уже в Сиэтл, обратно. Вообще-то, я приехала с Кристианом, сейчас он в отеле GoldHitman…
— Жаль, — тихо сказал Макс, — Я думал, ты… останешься ещё хоть на день. Расскажешь мне о том, что любит Эва? Просто потому, что я понятия не имею, что ей подарить…
Я не сдерживала широкой улыбки.
— Ну, я пока могу не уходить. Если ты, конечно, отменишь свою фотосессию, потому что ждать долго я не могу. И не люблю, — ответила я просто.
Макс с улыбающимися глазами оглядел меня. Просканировал. Он посмотрел на циферблат своих часов на руке, а потом, подняв брови поглядел на меня.
— Знаешь что, Фиби… Майли опоздала. А значит, иди переодевайся и мы сходим с тобой в кафе, потому что я очень хочу есть. Идёт? — сказал он.
Отлично! Так держать, мисс Грей! К тому же, я тоже очень голодна…
— Идёт, — бодро кивнула я.
Через пять минут мы уже вместе выходили из студии. Лабутены, конечно — круто, но кроссы мне нравятся больше. А ещё мои джинсы, и моя блузка, и моя тонкая кожаная курточка… Вообще, обожаю свои вещи.
— В этой одежде ты выглядишь намного лучше, — сказал Макс, улыбаясь, когда мы спускались со ступенек.
— Я тоже так думаю. Спасибо, — ответила я.
— Фиби! — я услышала голос папы и резко повернула голову на его зов. Он стоял у машины, рядом с Джойсом.
Что он тут делает?
— Папа? — спросила я.
Он подошёл к нам, поднимаясь так, словно перепрыгивая сразу через две ступени под ряд.
— Здравствуйте, мистер Грей, — сказал Макс, протягивая руку, — Я — Максимилиан Родригес.
— Можно просто Макс, — вставила слово я, расслабляя обстановку и, немного растерявшись от длинны его полного имени.
Родригес посмотрел на меня сквозь тёмные ресницы и улыбнулся.
Папа перевёл пристальный и серьёзный взгляд на Макса, поколебавшись, кивнул ему и крепко, наскоро пожал руку.
— Ну что, Фиби? Поехали домой? — спросил он с нажимом.