С этими словами она оставляет меня наедине с мыслями, которые мне совсем не хочется держать в голове. Я не понимаю, к чему она клонит. Зик бы взбесился, если бы узнал, что это именно Милли, из всех людей, почти что подталкивает меня в объятия его заклятого врага, но, похоже, именно это сейчас и происходит.
Я знаю, что Милли хочет, чтобы Зик перестал оберегать меня, как младенца, и позволил мне стать самостоятельной, но представить, чтобы он спокойно отнёсся к тому, что я встречаюсь с кем-то из мира серфинга, тем более с тем, кого он ненавидит больше всего, просто невозможно.
Я оглядываюсь на пляж и вижу, как Зик и Джейк стоят у кромки воды. Они сейчас поплывут к линии старта, и вот-вот прозвучит сирена, обозначающая начало заезда.
Я замечаю, как на пляж выходят водные мотоциклы, и моё сердце начинает учащённо биться. Джейк поворачивается, и, как по команде, его взгляд сразу находит меня. Он улыбается, и я, сама того не ожидая, улыбаюсь в ответ.
Он поднимает руку и посылает мне воздушный поцелуй. На автопилоте я отвечаю ему средним пальцем, но, вместо обычного недовольного выражения на моём лице расплывается широкая улыбка.
Я вдруг осознаю, что эта маленькая игра между нами начинает мне нравится. Похоже, что со мной действительно что-то не так.
Я вижу, как Джейк смеётся, склоняет голову, бросает на меня последний взгляд и с доской под мышкой бежит к воде.
— Ну вот это было что-то новенькое, — хихикает Ривер рядом со мной. — Знаешь, что? Мне кажется, что он тебе нравится.
Я фыркаю.
— Тебе кажется?
Она смотрит на меня с сомнением, но больше ничего не говорит. Вместе мы наблюдаем, как Джейк и Зик ловят одну волну за другой, демонстрируя одни из лучших этапов за весь чемпионат. И, хотя Зик действительно мастерски скользит по волнам, Джейк побеждает его с такой лёгкостью, что это почти не кажется состязанием.
Толпа взрывается аплодисментами, когда звучит финальная сирена, и победителем снова объявляют Джейка. Я бы сказала, что удивлена, но это было бы неправдой. Эта жёлтая майка остаётся при нём, и, похоже, надолго.
Я наблюдаю, как Джейк докатывается на последней волне до берега, и его тут же подхватывают на плечи друзья и болельщики. Его тренер тоже среди них, похлопывает его по голове, пока толпа празднует очередную победу.
Золотой мальчик с номером семнадцать на спине.
ГЛАВА 9
Джейк
— Джейк, я даже не знаю, что сказать. Ты всё лучше и лучше! Это твоя четвёртая победа подряд, и жёлтая майка тебе очень к лицу. Что значит для тебя победа на твоей родной волне?
— Нет места лучше дома, — улыбаюсь я. — Но, честно говоря, победа в родном городе всегда особенно сладка, и я благодарен за возможность снова выступить здесь в этом году.
— Расскажи о финале, который прошёл сегодня.
— Против Зика было непросто. Он всегда выкладывается на максимум, и сегодня не исключение, но я не собирался просто так сдаваться, это точно, — смеюсь я.
— Твой тренер — легенда больших волн Брэд Коулз... Есть ли что-то, чему он ещё может тебя научить, или ученик уже превзошёл своего учителя? — шутит интервьюер.
— О, точно нет, — смеюсь вместе с ним. — Я всегда учусь у Брэда, ведь он, как ты говоришь, настоящая легенда. Мне очень повезло, что он в моей команде.
Интервьюер хлопает меня по плечу.
— Ну, что же, поздравляем ещё раз, — он поворачивается к камере и обращается к зрителям. — Джейк Карсон — победитель этого этапа Мировой лиги серфинга.
Вокруг меня вновь взрываются аплодисменты и радостные возгласы поклонников. Я делаю это ради самого серфинга, но было бы ложью сказать, что я не получаю удовольствие и от этой стороны спорта.
— Джейк!
Улыбаюсь, когда вижу, как Брэд ведёт моего восьмилетнего брата сквозь толпу ко мне…
— Зейн! — кричу ему в ответ.
Разница в возрасте у нас почти двадцать лет, но он — мой лучший друг, даже если временами и сводит меня с ума.
Зейн подбегает, оставляя Брэда позади, и бросается мне на шею.
— Привет, приятель, — смеюсь я, обнимая его.
— Это было круто! — взволнованно восклицает он. — Ты всех порвал!
Я ерошу его светлые волосы, и он с недовольством отстраняется.
— Спасибо, Зи. Хочешь пойти выпить молочный коктейль или, может, что-нибудь перекусить?
Он поднимает мою доску.
— Мы можем пойти позже. Тебе надо подписать вещи для фанатов.
Мой маленький брат — главный болельщик, и мне это нравится.
— Где мама? — спрашиваю у Зейна, беря маркер, который протягивает мне Брэд.
— Она оставила меня с Брэдом, ей пришлось уйти на работу.
Наша мама — настоящая труженица. Она одна воспитывала меня, а теперь и Зейна. Она — хорошая мать, но вот с выбором мужчин ей не везёт. Она отказывается брать деньги, которые я зарабатываю, и поэтому продолжает пропадать на работе, чтобы обеспечивать себя и Зейна.
Я ставлю свою подпись на кепках, футболках, руках и даже на лбах, пока рука не начинает сводить до судорог, а щеки не устают от натянутой улыбки. Зейн раза четыре пытается уговорить меня отдать мою доску какой-то симпатичной девушке, но я воздерживаюсь. Маленький дамский угодник!
— Давай уже возьмём этот коктейль, мне пора присесть.
Мы направляемся в палатку для участников, где я оставляю доску и мокрую экипировку. Мы проходим мимо рампы для скейтборда, где всё ещё идёт соревнование, и двигаемся к зоне с едой. Сейчас я бы убил за что-нибудь жирное. Улыбаюсь, вспоминая, как это вызывало отвращение у Иден.
— Что будешь, Зи?
— Шоколадный коктейль, картошку фри и хот-дог.
В отличие от мамы, мой младший брат не испытывает ни малейшего отвращения к трате моих денег.
— В двойном экземпляре, — говорю я парню за стойкой.
Я прислоняюсь к стене здания и скрещиваю руки на груди, когда вижу её. Зейн что-то бубнит про один из моих заездов сегодня днём, но я перестаю слушать его минут пять назад; этот ребёнок страдает от бесконечного словесного поноса.