— Два дня, дорогая, лишь два дня, и они уедут отсюда.
Я просыпаюсь посреди ночи с обжигающей болью в спине.
Я больше и минуты не могу оставаться на этом чертовом диване.
Я сажусь и прислоняюсь к подлокотнику.
Мне так неудобно, что я не уверен, что снова смогу заснуть, даже если попытаюсь несмотря на то, что я вымотан.
Слушать, как кто-то придирается к тебе и женщине, которую ты любишь, чертовски истощает. Мне никогда не приходилось вступаться за кого-то так, как я вступался за Мию в этот прошедший вечер.
Я знаю, Эверли первым делом вернётся к этому вопросу утром, поэтому мне нужно отдохнуть. Мой запас терпения истощился, если не полностью иссяк.
Я знаю, у меня сейчас не так много вариантов.
Я не могу пойти в гостевую комнату, где спал в начале, потому что туда вломились объект номер один и объект номер два.
Это оставляет мне только два выхода.
Комната Мии или мой дом.
Я знаю, когда речь заходит об этом, здесь только один вариант.
Я никогда не оставлю Мию и Джо вот так посреди ночи даже без записки или обещания вернуться рано утром.
Я встаю на ноги и разминаю плечи.
Все болит сейчас даже больше, чем болело после того, как я неделю копал ямы.
Я тащусь вверх по лестнице, ориентируясь по перилам, вместо того чтобы включить свет.
Я вижу мягкий свет, идущий из-под двери Мии. Она спит с маленьким ночником, который поставила у двери. Я никогда не спрашивал почему, но полагаю, из-за того, что она потеряла Троя. Может, свет заставляет её чувствовать себя менее одинокой.
Я тихо поворачиваю ручку и толкаю дверь, пытаясь не создавать никакого звука, который может разбудить Джо в его комнате внизу по коридору.
Я могу разглядеть Мию, она свернулась на одной стороне большой кровати, стоящей посреди комнаты.
Это огорчает меня. Она до сих пор спит на одной стороне, даже по прошествии двух лет, но думаю, что привычка — вторая натура.
— Мия, — шепчу я в тусклую комнату.
Ответа не следует.
Я подхожу ближе к кровати. Между нежным пробуждением и испугом до смерти существовала тонкая грань, и, честно говоря, я был не уверен, какой стороны буду придерживаться.
— Мия, — шепчу я немного громче.
— М-м-м? — бормочет она, все ещё находясь в глубоком сне.
— Мия, это Люк.
— Люк. — Она мягко выдыхает, удовлетворённая ответом.
Я не могу сдержать улыбки.
— Мия, я посплю здесь немного, хорошо? У меня болит спина.
Она перекатывается и поднимает для меня одеяло.
Я не уверен, что она полностью проснулась, но не собираюсь спускаться вниз и проходить через несколько часов мучений, поэтому перекатываюсь на кровать и забираюсь под одеяло рядом с ней.
Я кладу голову на подушку лицом к ней.
Она выглядит такой спокойной, когда спит, её лицо не омрачено ни стрессом, ни беспокойством.
— Спокойной ночи, милая, — шепчу я.
Она сонно моргает, пододвигаясь ближе ко мне.
Ее рука скрывается под одеялом, а подушечки пальцев проходятся по моему голому животу, заставляя задрожать.
Мне нужно было надеть футболку. Лежать рядом с Мией наполовину голым было не самой моей лучшей идеей. Конечно, мы целовались несколько раз, но это был совсем другой шаг.
Мия двигается ближе, и инстинктивно я поднимаю руки, чтобы она смогла лечь мне на грудь.
Возможно она сейчас и не понимает, что делает, но это лучший момент, который я проживал, за долгое время.
Мия наклоняет голову назад, чтобы посмотреть на меня, пока её пальцы продолжают своё путешествие по моей коже.
— У тебя кубики, — говорит она мне, её голос хриплый ото сна.
Я усмехаюсь.
— Да. Думаю, они есть.
— Их так много… — зевает она.
Я наклоняюсь и целую её в лоб.
— Спи, Мия.
Она вздыхает и ёрзает, пока не находит удобную позу. Мия кладёт голову на моё плечо, оборачивает руку вокруг моего пояса, а ногу вокруг моей ноги.
Ее кожа ощущается слишком хорошо. Если я был человеком получше, я бы убрался отсюда прямо сейчас, но я не человек получше. На самом деле, я слабый, когда дело касается этой женщины.
Поэтому вместо того, чтобы быть благородным, я закрываю глаза и засыпаю, чувствуя себя самым удовлетворенным человеком впервые за долгое время.
Глава 9
Мия
Я просыпаюсь от звука дыхания и замираю.
Мне приснилось, что прошлой ночью Люк пришёл сюда, и я, до конца этого не осознавая, смутно запомнила каменно-твёрдый ряд кубиков.
Я чувствую, как его грудь поднимается и опускается у меня под головой, и в меня словно врезается большой жёлтый школьный автобус. Это был вовсе не сон.