— Я действительно не люблю кошек, — сказал он.
— Может быть, и нет, но если кошка важна для твоей девушки, а она в свою очередь важна для тебя, тогда ты захочешь узнать все о походе к ветеринару. — То, как он смотрел на меня, свидетельствовало, что он мне не поверил. Да и что с того? — Для протокола, у меня кошки нет.
— Слава богу. А что за вторая причина? — спросил он, поднимаясь.
— У всех бывают дни, когда мы хотим посидеть и расслабиться после работы. Влюбленные могут сделать это вместе.
Он закинул ногу на ногу и принялся изучать вещи на прикроватной тумбочке.
— Между тобой и Мэттом было так?
Я помолчала, наблюдая, как Бек берет серебряную шкатулку для безделушек, купленную мной во время поездки в Индию с Мэттом после окончания школы. Родители Мэтта не одобрили годовой перерыв в учебе, поэтому у нас были только шесть недель. Мы были так счастливы, словно готовились к марафону или сидели за кулисами театра перед первым спектаклем, — мы были полны волнения и нервозности, надежды и ожидания. Я думала, что мы будем вместе всегда.
Много воды утекло с тех пор.
— Возможно. В самом начале все было хорошо.
— Этого я тоже не понимаю в подобных отношениях. Вы держитесь друг за друга, когда всем вокруг ясно, что ни один из вас не счастлив и обоим нужно двигаться дальше. Почему, черт возьми, так происходит?
Я развернула полотенце на голове и взяла расческу.
— Полагаю, один из пары или оба надеются, что все наладится. Хотят, чтобы все было как раньше. Трудно уйти, когда потратил на отношения столько времени и усилий.
— Слишком высокая цена, как по мне. Это время и усилия потрачены впустую. Нет смысла тратить больше ресурсов на бесполезный проект.
— Ого. Вот только отношения — это не баланс. Здесь замешаны чувства. Или ты просто бессердечный бизнесмен, который все сводит к одному — холодным, твердым деньгам?
Схватив в руки читаемую мной книгу «Щегол», Бек повернулся и уставился на меня. На самом деле, эту книгу я лишь пыталась прочесть. На самом деле я поглощала последнее произведение Норы Робертс. У меня вошло в привычку держать у кровати одну книгу, одобренную Мэттом, а то, что меня действительно интересовало, находилось в электронной книге, где он не мог прокомментировать количество клеток мозга, которые я теряла при прочтении. Полагаю, притворяться мне больше не для кого.
— Может, и так. Возможно, я просто не способен на отношения.
— Что на счет твоей последней подружки?
— Ее зовут Даниэль. Она фармацевт. Великолепная девушка.
Я не собиралась признаваться в этом, но предполагала, что он встречался с моделями или балеринами. Где, черт возьми, мужчины находят балерин? Все бывшие бойфренды Флоренс бросали ее ради танцовщиц.
— Что тебе в ней понравилось? — стало интересно мне.
— У нее было мало свободного времени.
Я расхохоталась.
— Тебе нравилось, что она была вечно занята?
Он пожал плечами.
— Ну, она еще и симпатичная. Фигуристая. И волосы такие... блестящие. Что ты хочешь, чтобы я сказал?
Я прикусила нижнюю губу, стараясь снова не рассмеяться. Этот парень был в полной растерянности.
— Почему первое, что пришло тебе в голову, что у нее было мало свободного времени? Потому что тебе не нужно было часто с ней видеться?
Он бросил мой экземпляр «Щегла» на кровать и подошел к платяному шкафу.
— Нет. Мне просто нравилось, что у нее была своя жизнь, свои друзья. Она не прилипала ко мне. Хотя, думаю, это я считал, что она не особо нуждалась в моем внимании.
— Значит, твоя идеальная женщина не должна ничего от тебя хотеть? Чтобы тебе не приходилось обращать на нее внимания, слушать, как прошел ее день, беспокоиться о том, что для нее важно? Нужно только, чтобы она была рядом, когда надо потрахаться? Как-то так?
— Ты перевернула все так, будто я придурок, — обиделся он, вытаскивая розовую толстовку из шкафа, которую стоило подарить или, по крайней мере, убрать куда-то подальше, поскольку я никогда ее не надевала.
— Я просто повторяю то, что услышала.
— Ты хочешь сказать, что я придурок.
— Этого я не говорила. — Но и не сказала, что это не так. Сделав макияж, я встала и вытащила из комода у окна джинсы и топ. — Сходи, поройся на кухне или еще где-нибудь, пока я переоденусь.
Он уставился на меня с серьезным выражением лица.
— Я обязан увидеть тебя голой для нашего исследования.
Жар поднялся по моему телу и ударил в щеки. Я задрожала. Прошло много времени с тех пор, как я впервые чувствовала влечение к кому-то.
Я взглянула на Бека — тот усмехнулся и выскользнул из комнаты.