Сара машинально начала возражать, но вдруг запнулась:
– Погоди… Как это «мы»?
Элли смущённо заправила за ухо прядь чёрных волос:
– Меня научил Уилл.
– Правда? Когда? И почему ты не рассказывала?
– После разрыва помолвки с Уэсли. Уилл утверждал, дескать, стрельба поможет мне снять стресс. Ну, по мишени. При каждом выстреле я представляла лицо Уэсли, требующего вернуть ему кольцо, и в итоге решила, что брат прав.
Развеселившись, Сара сложила остаток маффинов в пакет на вынос.
– Так и вижу, как дочь Эвелин Хоубейкер шествует по городу с ружьем наперевес, задавая жару правонарушителям. Энни Оукли в миниюбке от Энн Тейлор.
– Прекрати. – Уголки губ подруги дёрнулись, но синие глаза тут же стали серьёзными. – Сара, пожалуйста. Тебе и раньше было несладко, но теперь, если Уилл прав, Джонас отправил Мейсона на больничную койку. И изнасиловал… ту бедняжку.
Пальцы слегка дрожали, когда Сара накрывала выпечку тканью.
– Поверь, я не забыла. Но и прятаться не могу. У меня есть жизнь, своё дело.
– Только по ночам, пока его не поймают.
– Элли. – Чувствуя беспокойство подруги, она погладила её по руке. – Если именно Джонас пробрался в дом Такера, откуда нам знать, что он всё ещё поблизости? Получив деньги от Карлтона, он мог уплыть на лодке и засесть где-нибудь на Арубе. И даже если ублюдок… зациклен на мне и не шибко умён, я не считаю его полным идиотом.
– Да, но…
– И я тоже не глупа. Услышав странный шум в тёмном подвале, я не полезу туда в тоненькой ночной рубашке и с бессмысленным взглядом.
– Да, но кто тебе помешает заняться сексом в лесу, когда поблизости разгуливает маньяк с топором?
Сара улыбнулась:
– Поверь, мы с Дармоедом отлично проведём время у Такера. Сегодня утром мне пришлось отрывать его от себя чуть ли не ломом, чтобы поработать. И… лёгок на помине.
Зазвонили колокольчики, и в магазин шагнул Такер с решительно поджатыми губами. Но заметив Элли, улыбнулся, тепло и легко.
– Элли. Как дела?
– Хорошо, насколько это возможно. – Она разгладила воротник платья без рукавов. – Как Мейсон?
– Доктор его отпустила.
– О. – Она свела изящные брови. – Прошла всего неделя, я думала, при таких повреждениях ему ещё далеко до выздоровления…
– Ему разрешили перелёт, но какое-то время всё равно придётся поберечься.
– Понимаю.
Увидев смешанные чувства в глазах подруги, Сара похлопала по пакету и заговорила нарочито весело:
– Я собрала остатки выпечки для баптистской церкви. Можешь тоже что-нибудь взять, если хочешь.
– Нет, спасибо. Но я пойду с тобой.
– Такер…
– Поедем на твоей или возьмём мой пикап?
– Ну хорошо. – Элли схватила сумочку с прилавка и, проходя мимо Такера, погладила его по щеке. – Ты не Энни Оукли, но сойдёшь. Пока, Сара.
– До завтра.
– Энни Оукли? – вскинул он бровь, едва Элли выскользнула за дверь.
– Феминистская шутка.
– Ладно. Тогда ты за рулём.
Сара почувствовала, как по телу разлилось тепло, и могла поклясться, что её кожа засияла.
– Люблю тебя. Я так тебя люблю.
Она не собиралась этого говорить. Пока не собиралась. И точно не над испечёнными утром булочками. Скорее, при луне за бутылкой вина. И хотелось бы, чтоб при этом на лице Такера отразилось что-то ещё кроме крайнего изумления.
Но, чёрт, Сара ни о чём не жалела.
– Я только возьму ключи.
– Сара, подожди. Ты… – С раздражённым ворчанием Такер упёрся рукой в прилавок и просто через него перемахнул.
А она застыла, разрываясь между смущением, испугом и сильным возбуждением. И оказавшись в крепких объятиях, только и сумела выдавить:
– Ого, да ты просто кладезь скрытых талантов.
– Сара. – Такер убрал её волосы, погладил по щеке. – Это правда?
– Нет, я солгала.
Он внимательно разглядывал упрямое выражение на её лице. Затем улыбнулся, будто кот, увидевший канарейку:
– Ты меня любишь.
– Бог знает почему.
– Потому что я честен, сексуален и неотразимо обаятелен.
– Сейчас ты мне не кажешься таким уж неотразимым.
И эта наглая ложь развеялась в прах, стоило Такеру наклониться и поцеловать Сару, глядя ей в глаза.
– Бери ключи.
– Я… что?
– Ключи. – Он привычно щёлкнул её по кончику носа. – Давай отвезём выпечку, чтобы отправиться домой, где я смогу воспользоваться твоей искренней привязанностью.
– Теперь жизнь с тобой станет невыносимой?
– Вроде того, – кивнул Такер и взял пакет за ручки.