Задыхаясь от боли утраты, Такер открыл глаза и увидел, что Мейсон отошёл к маленькой бронзовой табличке на стене, давая ему время взять себя в руки.
Такер с благодарностью вздохнул и направился к другу.
И почувствовал, что воздух снова вылетел из легких.
«Библиотека имени Августы Бомонт Петтигрю».
Такер и прежде встречал комнаты и даже целые отделы, посвящённые определённому человеку, но чтобы всё здание… Он мрачно улыбнулся. Ошеломительный дар.
– Твоя родственница? – уточнил Мейсон.
Такер посмотрел на даты, подсчитал. Похоже, Августа – мать его отца.
– Бабушка, наверное.
– Не знаешь наверняка?
Он покачал головой:
– Мама никогда о ней не говорила. Бабушка умерла за несколько лет до знакомства моих родителей. И Карлтон её не упоминал, когда напыщенно вещал о святости имени Петтигрю.
Мейсон посмотрел на цифры на табличке:
– Она умерла довольно молодой.
– Похоже, это семейное.
Всё ещё расстроенный, Такер отвернулся до того, как друг успел что-то сказать. Они прошли по пустому вестибюлю к столу для справок, где над клавиатурой компьютера склонилась женщина с длинными рыжими волосами.
Такер споткнулся. А потом библиотекарша подняла голову и сквозь очки в роговой оправе посмотрела на посетителей большими карими глазами.
«Не светло-зелёными, как свежая листва», – подумал он и с раздражением отметил, что пульс немного ускорился.
– Я ищу микрофильмы. Не подскажете, где?… – Осознав, что дамочка не реагирует, Такер щёлкнул пальцами перед её носом.
– Ой, конечно. – Она зарделась, как умеют только настоящие рыжули.
По крайней мере, большинство. Некоторые рыжие, скорее всего, слишком упрямы и самоуверенны, чтобы краснеть. Даже если выплывают на улицу в откровенной пижаме.
– Зал для просмотра в подсобке. У вас есть библиотечная карточка?
– А чтобы увидеть микрофильм, нужна карточка?
– Вообще-то нет. – Служащая поправила очки. – Но мы всегда предлагаем нашим новым жителям завести такую. Ну если… – Она снова покраснела, но в глазах появился решительный блеск, который Такер начал узнавать. – Если вы… новенький в нашей округе.
– Вообще-то, он тут родился, – подал голос подошедший Мейсон и склонился над столом.
Библиотекарша впала в ступор, что было нормально, однако затем снова посмотрела на Такера – а вот это уже ненормально.
– Правда?
Мейсон заговорщически наклонился ещё ближе, и Такеру захотелось ему врезать.
– Эта библиотека названа в честь его бабушки.
Глаза за очками округлились, став похожими на блюдца.
Своим рабочим ботинком сорок шестого размера Такер наступил ловеласу на ногу, и тот издал приглушённый и до приятного искренний стон.
– Так что там с микрофильмами?
Библиотекарша чуть подпрыгнула:
– Они в дальней комнате. Последняя дверь налево.
– Спасибо.
– Если что-то понадобится…
– Нет, – отрезал Такер и ушёл.
Мейсон, хромая, припустил следом.
– Вот ты бестолочь, – процедил Такер сквозь зубы.
Его так называемый друг усмехнулся:
– Прости, приятель, но это не я тут всех баламучу. Дело в твоём возвращении.
С истиной не поспоришь.
– Что с этими женщинами не так?
– Наверное, их притягивает твой мужественный вид.
Такер остановился перед указанным залом.
– Только не когда я рядом с тобой, красавчик. – Может, сам он и мог похвастать хорошей формой, благодаря бесчисленным часам физических упражнений, и знал, что его чуть грубоватый вид нравится некоторым женщинам, но Мейсон был… Мейсоном. – В любом нормальном месте на планете на меня бы и не глянули, но тут женщины слышат имя Петтигрю и сразу теряют всякий здравый смысл. Ну кто готовит запеканку для незнакомого парня?
Мейсон вздохнул:
– Жаль, что ты не дал открыть дверь той дамочке. Я бы с удовольствием поел хорошей домашней еды.
– Возможно, мне стоит повесить табличку «Я не наследник Карлтона Т. Петтигрю».
– Или же просто наслаждаться вниманием прекрасного пола.
– Не все из нас такие легкомысленные.
– А жаль. Хотя, должен признать, для разнообразия неплохо побыть на вторых ролях. Господь свидетель, с твоим дивным характером тебе понадобится помощь.
– Закончил?
Мейсон задумался:
– Пока что да.
Такер дёрнул ручку, но дверь не поддалась. Попробовал ещё раз, и тут из-за угла появилась библиотекарша, передвигаясь так быстро, как только позволяли шпильки.