Кивнув, она двинулась в сторону выхода, в то время как меня задержал Артём.
— Позволь спросить один вопрос?
— Позволяю.
— Что значило твоё «променять на это»?
Насмешливо посмотрев на парня, я лишь хмыкнула.
— Один вопрос уже был, Раздоров.
— Соколова, не выводи меня.
— До скоро, великий капитан.
Широко улыбнувшись и насмешливо поклонившись Раздорову, я пошла за подругой.
Знала бы я чем закончится этот вечер никогда бы не искала Кристину и не разговаривала бы с Артёмом.
2
Обводя взглядом переполненный людьми клуб и постукивая пальцем по столешнице, я тяжело вздохнула. Скучно. Прошло уже больше тридцати минут после сообщения подруги «я еду», но её всё не было. В любой другой ситуации меня бы охватило волнение, но только не в этой. Я уже привыкла со времен первого курса, что Кристину нужно ждать часами, чтобы куда-нибудь вместе сходить.
Ай, достало! Воровито оглянувшись по сторонам и незаметно налив себе немного коньяка, я почти полностью осушила стакан. Вот так-то лучше! Смотреть на лица этих снобов, прохаживающих туда-сюда, было просто невыносимо.
— Соколова, как нехорошо. Пьешь, да ещё и на работе, — голос моего одногруппника, доносившийся из-за спины меня напугал, от чего стакан полетел на пол и разбился вдребезги.
Чёрт.
— Раздоров, ты что здесь забыл? Или мама тебя отпустила сегодня погулять до девяти? — мило улыбнувшись парню, я повернулась к нему.
На самом деле и так было понятно почему он здесь торчит. Его семья из тех, что может позволить себе отдых на Бали и обучение своих детей где-нибудь за границей. Таких у нас давно окрестили «мажорами» и вся адекватая часть группы старается держаться от них подальше, но юные первокурсницы, которые только вылетели из родительского гнезда и не знают насколько бывает жесток мир, всё еще верят их речам и новеньким мерседесам, которые паркуются под окнами их общежития.
Вы не подумайте, я не осуждаю богатых и сильных мира сего, но рожа Раздорова, которая сейчас мелькает перед глазами и мешает нормально работать, вызывает лишь раздражение и желание, чтобы он побыстре свалил отсюда.
Видимо, последние слова я произнесла вслух, потому что Артём нагло улыбнулся и лишь покачал головой в знак отрицания, нет, мол, не уйду, терпи, Саша, работа у тебя такая. Эх, стереть бы эту ухмылу с его самодовольного лица и жизгнь бы стала лучше.
На самом деле с Раздоровым мы враждуем ещё со второго курса, когда на все его неудавшиеся подкаты я отвечала слишком резко и грубо. Каюсь, была не права! Но когда его наглые лапы начали задирать мою юбку на глазах всех одногруппников, мое терпение лопнуло. Правильно мне говорил папа, что мы, Соколовы, народ терпеливый, но только перые пару секунд. Всё, что я запомнила в тот момент — алая пелена, которая застилила мне глаза. Потом свою опухшую руку, а следом вспышками воспоминания о разбитом носе наглеца, который совсем недавно мурлыкал на ушко, что «мне понравится» и улыбался во все тридать два зуба. Жаль, что тогда на один не стало меньше.
Хорошо, что меня тогда не отчислили, хотя, признаюсь честно, всё к этому и шло. Но взыгравшое то ли благородие, то ли запоздалое чувство вины, которое вдруг проснулось в Раздорове, помогло мне остаться в ВУЗе. С тех пор Артём преследует меня и пытается «загладить» вину. Если честно, то получается плохо. Лучше бы он меня оставил в покое и все бы были счастливы. Но это, видимо, в планы парня не входит. А жаль.
Зажмурившись и представив себе как прекрасна была бы моя жизнь без Раздорова и его весьма «специфичных» извинений, я расплылась в улыбке.
— Эй, Соколова, чего улыбаешься? — слова парня вывели меня из ступора и я растерянно захлопала глазами.
Ах да, этот подлец всё ещё здесь. И что ему только нужно от меня?
— Представляю как буду избивать тебя, Раздоров. Медленно, чтобы получать от этого удовольствие.
Парень хмыкнул и придвинулся ближе.
— Всё, что про удовольствие — ко мне, а то у тебя, Соколова, какое-то извращённое понятие этого слова.
Я подняла руки, изображая, что сдаюсь.
— Куда мне до тебя, Раздоров, твоя извращённая душа только и ждёт очередных первокурсниц, которые запрыгнут к тебе в кровать, а потом будут слезами омывать коридоры унверситета. Подумай о людях, скоро будет всемирный потоп из-за твоих слишком доверчивывх девиц.