Стены были завалены порнографическими роликами – некоторые отечественные, другие иностранные. Ближе к центру была отдельно стоящая стеллажная зона с большим количеством кинопленок. Обложки видеороликов, большинство из которых изображали женщин с большой грудью в откровенных нарядах, были незначительны для мужчины. Сгорбившись, Рассел обошел проход и уставился на синюю дверь в задней части комнаты.
Он прошептал:
- Вот ты где... Комната...
Рассел подошел к необъяснимо устрашающей двери. Его разум лихорадочно перебирал зловещие возможности. И все же, он не мог остановиться. Его путешествие было подпитано жаждой мести и искупления. Ради Кэрри он пережил бы самый дьявольский кошмар. Он убьет и умрет за свою убитую дочь.
Поворачивая дверную ручку, Рассел пробормотал:
- Заперто... этого можно было ожидать...
Он стиснул зубы и потянул за ручку, безрезультатно отталкиваясь всем своим весом от двери. Он сменил позу и начал толкать вперед. Его попытки были бесплодны. Рассел нахмурился и покачал головой, перебирая варианты. Он предпочитал грубую силу скрытности. Рассел пнул крепкую дверь. Дверь задребезжала, и дверная рама застонала. Лязгающий гул эхом разнесся по видеомагазину. Каждый удар был сильнее и громче предыдущего.
Когда дверная рама застонала от давления, Ребекка крикнула из другой комнаты:
- Сэр! Сэр, что вы делаете?!
Из задней комнаты донесся громкий треск. Дверная рама раскололась, и дверь захлопнулась. Когда дверь резко распахнулась, Ребекка, спотыкаясь, вошла в заднюю комнату. Она остановилась, затем уставилась на Рассела. Обезумевший отец стоял в дверях таинственной комнаты.
Нахмурив брови, Рассел осмотрел убогую комнату. Стены были темно-красного цвета, а пол был бетонный. На стене, параллельной входу, находилась гигантская складская башня, до краев заполненная сотнями черных ящиков. На ящиках были нацарапаны белыми чернилами названия фильмов.
Слева от него на крышке черного развлекательного центра стоял 60-дюймовый телевизор с плоским экраном. Справа от него стояло черное кресло с откидной спинкой из искусственной кожи. Комната служила персональным кинотеатром – декорации завершала машина для попкорна. Рассел провел пальцами по волосам, когда ввалился в комнату. Ребекка прижала дрожащую руку ко рту, стоя в дверях – представление закончилось.
Рассел нервно усмехнулся, затем сказал:
- Конечно... Если они не могут смотреть их дома со своими детьми, женами или мужьями, они могут посмотреть это здесь. Маленькое безопасное убежище, - oн кивнул и повернулся к двери. Рассел пристально посмотрел на Ребекку и строго спросил: - Верно?! Это то, чем вы здесь занимаетесь, не так ли? Ты позволяешь этим больным ублюдкам развлекаться здесь, не так ли?
Рассел направился к башне, затем просмотрел ящики. Почерк был небрежным, но разборчивым. Названия варьировались от кажущихся нормальными до вульгарных. Одно название гласило: "Боюсь темноты". Другое название гласило: "Моя бывшая жена – сучка". Когда его глаза наполнились слезами, мстительный мужчина повернулся к Ребекке и ткнул указательным пальцем в робкую сотрудницу. Его горло сжалось от гнева, лишив его дара речи.
Когда слезы потекли по ее розовым щекам, Ребекка покачала головой и сказала:
- Я... Я не имею к этому никакого отношения... Я не знаю...
Рассел спросил:
- Что это такое?
- Я не знаю...
- Ты чертовски хорошо знаешь, что это. Не лги мне. Я хочу, чтобы ты сказала. Я хочу услышать, как эти слова слетят с твоих губ. Скажи мне, что это за видео?
Ребекка, рыдая, уставилась в пол. Она была взволнована шквалом вопросов. Она была обременена грузом вины. Ее слова были сбивчивыми и искаженными из-за обильной слюны, образовавшейся у нее во рту. Страх стер ее словарный запас.
Взбешенный Рассел сказал:
- Я знаю, что это такое. Это, блядь, снафф. Это снафф-фильмы, да? Ты тоже знаешь, что это такое. Ты ведь знаешь, что на этих дисках, не так ли?
Ребекка покачала головой и захныкала. Рассел сказал:
- Тогда позволь мне показать тебе.
Он крепко схватил Ребекку за затылок и потащил в комнату. Ребекка вскрикнула от яростной хватки Рассела, но не попыталась убежать. Она просто всхлипнула, плюхнувшись в глубокое кресло, и призналась, что знает об этих ужасных преступлениях. Рассел достал футляр под названием "Боюсь темноты". Вставил диск в DVD-плеер и взглянул на пульт, скользя глазами по беспорядочным кнопкам – дюжинам. Он встал у кресла, затем нажатием одной кнопки запустил видео.