— Ты виновен, — говорит он. — Ты всегда был виновен. Ты больше, чем кто-либо другой виновен в том, что случилось с той девушкой. Виновен больше, чем я, это уж точно.
— Суд с тобой не согласен, — улыбаюсь я, пожимая плечами. — Так что нет, на самом деле, я невиновен. И то, что я ничего не сделал тогда, не значит, что я ничего не сделаю сейчас.
— Ты мне угрожаешь, МакАллистер? — он делает шаг ко мне, его темные глаза гневно сверкают. — Потому что я тоже могу играть в эту игру.
— Вперед, — говорю я. — Я готов, дело за тобой. Но запомни одно, Брут, — я с отвращением произношу его новое имя. Меня тошнит от того, что он сейчас какая-то знаменитая рок-звезда. Все эти годы… целое десятилетие прошло с тех пор, и посмотрите на него. — Я имею влияние в высоких кругах. Держись подальше от Элли Хэтчер и от «Стоунволл Энтертейнмент». Или вся правда о том, что произошло тогда в колледже, рванет быстрее, чем ты сможешь моргнуть.
— Ха, — смеется он. — Не говори мне о правде, мистер Совершенство. Ты — последний человек на Земле, который имеет право читать мне лекции о правде.
Мне так сильно хочется врезать ему по морде, что меня аж трясет.
— Держись подальше от моей компании, моих сотрудников и от меня. Потому что, если ты даже подумаешь о том, чтобы что-то сказать, я сделаю все, чтобы окружающие узнали о твоей роли в том, что произошло.
Я ухожу, а он кричит мне в спину. Угрозы, оскорбления. Пофиг.
Он может идти на хер.
Подхожу к машине. Элли уже внутри, все еще удерживает ткань платья в районе декольте и смотрит на свои колени.
— Ты в порядке? — спрашиваю, садясь в машину рядом с ней. — В аэропорт, — говорю водителю. — Увези нас отсюда.
— Твой отец разозлится?
— На что? — спрашиваю я.
— На то, что интервью не состоится.
— Нет, — говорю я. — Нет, Элли. Он не знал.
— Что он не знал, Мак? Какого черта там только что произошло?
Блядь.
— Это просто… — Черт. — Это всего лишь прошлое, вот и все. Не о чем беспокоиться.
— Что Брут имел в виду под всем этим? То, что я не знаю, кто ты такой?
— Просто… не бери в голову. Тебе не стоит об этом беспокоиться. Но ничто из этого не имеет к тебе никакого отношения, Элли. Все это произошло из-за меня, и я должен был это предвидеть. Я знал, что он за мудак. Он совсем не изменился.
— Так вы знакомы? — она делает глубокий вдох, но не смотрит мне в глаза.
— Знакомы, — отвечаю я. — Это было давно, лет десять назад. Еще в колледже. Но с тех пор я его не видел.
— О чем ты говорил по телефону во время полета?
— Что? Почему ты спрашиваешь?
— Потому что это, похоже, было чем-то важным, и казалось, что ты очень стараешься не дать мне понять, что происходит. — Она наконец-то смотрит мне в глаза. — Что-то произошло, да?
Дерьмо.
— Элли, послушай, это совсем по другому вопросу.
— Тогда, что? — злится она. И я не виню ее. — Что сегодня происходит? Почему ты все время был на телефоне, и по поводу чего был тот срочный разговор?
Я хмурюсь:
— Просто не слишком остро реагируй, хорошо?
— Мак…
— Появилось наше с тобой видео, — я съеживаюсь, готовясь произнести следующие несколько слов. — То, где мы трахаемся.
— Откуда? — она дико озирается по сторонам. — Где они взяли видео?
— В твоем офисе.
— Нет! — она выглядит так, словно вот-вот заплачет. — Мать твою! Как?
— Камеры.
— Это очевидно, Мак, — огрызается она. — Я не идиотка. Расскажи все, что знаешь. Сейчас же.
— Это было снято этим утром. Все, что мы делали сегодня утром. Ссора, секс, даже то, как ты выходишь из офиса. Но, эй, — говорю я, пытаясь поднять ей настроение. — Все тебе хлопали.
— Думаешь, это смешно?
— Нет, — говорю я. — Извини. Хорошая новость состоит в том, что мы знаем, кто это сделал. Дженнифер видела Эллен…
— Эллен Секс-авантюра-в-офисе? — восклицает Элли. — Вот чертова сука!
— Дженнифер видела, как она снимала тебя, выходящей из офиса. Мне так жаль. Эллен уволили. Ее уже сопроводили из здания, а телефон компании отобрали. Мы нашли в нем файл, и определенно выдвинем обвинения за тяжкое правонарушение, вторжение в личную жизнь и, возможно, некоторые другие. Ей это не сойдет с рук.
— Она уже все сделала, — говорит Элли. Господи, сейчас она выглядит такой грустной. И это моя вина. Я на сто процентов виноват в том, что позволил этому произойти на рабочем месте. — Поэтому твой отец хочет с нами поговорить?
— Да, — говорю я, отворачиваясь к окну. — Да уж. Она разослала видео по электронной почте куче людей в «Стоунволл Энтерпрайзес». Включая моего отца.