Я больше ни в чем не уверена. Я не уверена, вор ли мой муж, или он невиновен. Я не уверена, хочу ли я развестись или хочу остаться в браке. Я не уверена, хочу ли я убежать от него прямо сейчас или броситься к нему в объятия…
Я ни черта не смыслю в этом дерьме.
— Дилан, я… — начинает он, но его прерывает звук ключей, поворачивающихся в замке на моей двери.
— О, черт, нет, — в ужасе шепчу я. Только у одного человека есть ключ от моего дома, и это Сара. И то, во что она собирается войти, ей не понравится.
— Прикройся, — шиплю я, бросая в его сторону ближайшую вещь, которую могу достать, — подушку. — Быстро.
— Что? — спрашивает он в замешательстве.
— Вашу мать, почему здесь так жарко? — раздается от двери.
Я поворачиваюсь и озорно улыбаюсь ей через плечо, пока она внимательно рассматривает сцену перед собой.
— Так-так-так, такое не каждый день увидишь… — Она ухмыляется, глядя на нас.
Глава 15
Энди
— Мне больно это говорить, Эндрю, но ты выглядишь потрясающе.
Ее глаза бесстыдно смотрят на меня, и я не удивлен: Сара до боли честная, многословная, резкая женщина. Она говорит все, что думает. Она никогда не скрывала, что ей нравится мое телосложение или что в последнее время я ей не нравлюсь.
Сара была для меня как младшая сестра с того самого дня, как мы познакомились — пусть и извращенная младшая сестра, но она всегда была самой большой болельщицей нашей пары с Дилан. Она видела, что я сделал ее лучшую подругу счастливой, и это было все, что ей нужно, чтобы решить, что она хочет быть в команде Дилан и Энди.
Сейчас все иначе, чем тогда, и я прекрасно понимаю, что если я хочу заслужить прощение жены, то мне придется загладить свою вину и перед ее лучшей подругой. Эти двое — одно целое везде, кроме спальни.
— Я вижу, ты ничуть не изменилась, Сара, — говорю я.
— Не то, чтобы я жаловалась, но что это за жара и отсутствие одежды? — Она оглядывает нас обоих в поисках ответа.
— Я расскажу тебе все позже, — говорит ей Дилан.
— А еще лучше, если ты введешь меня в курс дела прямо сейчас, ведь наша встреча за чашкой кофе не отменится из-за Мистера в полосатом комбинезоне, верно?
— Это мой день позднего утра; мы пьем кофе каждую среду утром… — объясняет Дилан и выжидающе смотрит на меня.
Я понимаю, что она ждет, когда я скажу ей уйти.
— Хорошо, — подбадриваю я. — Ты продолжишь влюбляться в меня снова, когда вернешься.
Дилан краснеет, а Сара сужает глаза, глядя на меня.
— Мне все равно нужно сделать несколько звонков, — говорю я.
Сара жестом предлагает мне встать, и я киваю в знак согласия. Мне придется пройти позорный путь. Единственный плюс в том, что она появилась здесь, — это то, что проблема с моим стояком решилась чертовски быстро. Сара — привлекательная женщина, но она чертовски жуткая. Достаточно страшно, чтобы я захромал через две секунды.
— Ну, Сара, спасибо за виртуальный секс, — киваю ей.
Я наклоняюсь и целую Дилан в лоб, она снова надела рубашку.
— Увидимся через пару часов, принцесса.
Я встаю и с гордо поднятой головой направляюсь в коридор. Не успеваю я скрыться из виду, как слышу их:
— О, как же тебя поимели! Поцелуи в лоб, «принцесса»… Господи, ты видела, какая у него задница? О, нет, ты не выйдешь из этого живой, Ди, это я тебе точно говорю.
Я хихикаю и чертовски надеюсь, что Сара права.
— Здравствуйте, говорит Стюарт, — отвечает голос на другом конце линии.
— Привет, Стю, это Эндрю Вудман, помнишь, мы с тобой встречались несколько дней назад?
— Я помню, — говорит он. — Сладенький муж моей малышки ДиДи.
— Ты только что сказал «сладенький»?
— Мхммм, — подтверждает он.
Я хихикаю:
— Ну, ладно.
— Что я могу для вас сделать, мистер Вудман?
Я изо всех сил стараюсь не обращать внимания на его кокетливый тон и сексуальные намеки:
— Я надеялся, что вы поможете мне кое с чем. Дилан сказала мне, что вы тот человек, к которому стоит обратиться, если вы хотите раскопать какую-то грязь.
— Вы хотите, чтобы я нашел человека, который сидел и смотрел, как вы принимаете на себя удар, я прав?
Я вышагиваю по комнате, и когда он это произносит, я замираю на полушаге:
— Откуда ты…?
— Я просто очень хорош.
Я хихикаю, почти нервно. Ведь я не говорил ему ни о том, что сидел в тюрьме, ни о том, что я невиновен. Значит, либо Дилан говорила обо мне… либо…
— Ты раскопал мою грязь, не так ли? — спрашиваю я.