Я целую ее со всей страстью, что таится во мне. Целую как мужчина, который в жизни не пробовал ничего слаще, чем эта женщина. Ее руки скользят по моей шее, пальцы запутываются в волосах. Она целует меня с такой страстью, что я едва могу думать.
— Дилан, — вырывается мой стон, когда я хватаю ртом воздух, чтобы хоть немного вздохнуть.
Она дергается от звука моего голоса, как от удара. Руки соскальзывают с шеи на грудь, она упирается, пытается сдвинуться, дать понять, что все закончилось.
— Я не могу этого сделать этого, Эндрю. — Вырывается из моих объятий и выбегает на улицу.
— Дилан! — кричу я вдогонку, но понимаю, что облажался: я «Эндрю», не «Энди», значит дело — дрянь.
Голова моя кружится, и я присаживаюсь на скамейку, чтобы не упасть, ощущения паршивые. Моя жизнь меня покинула. Опять.
В отчаянье тру лицо руками. Только что было так хорошо, как давненько уже не было — и вот я опять в дерьме.
— Что ж, похоже, все прошло хорошо. — Я поднимаю голову и вижу, как Джефф прислоняется плечом к дверному косяку, из которого только что исчезла моя жена.
— Тебе больше нечем заняться, кроме как шпионить за мной?
— Не-а, не особо, — тянет он.
Я со злостью хватаю какую-то деталь со скамейки и швыряю ее об стену, что она с грохотом разбивается.
— Лучше?
— Не особо!
— Она вернется.
— Думаешь? — Я могу только огрызаться сейчас. — Ощущение, что с каждым шагом я делаю только хуже.
— Ну, ты попробовал — обделался. Ничего, бывает! Встань и попробуй снова, чувак.
Я невесело смеюсь. Рад, что Джефф всегда все скажет напрямую.
— Ты уверен в этом?
Он в ответ пожимает плечами:
— А какие у тебя еще есть варианты? Или ты готов подписать бумаги?
— Только через мой труп!
— Ну, тогда или ложись и помирай. Или собирай сопли и доведи дело до конца, черт возьми!
Глава 6
Дилан
— О, мой Бог, Сара! О. Мой. Блядский. Бог!
Подружка пристально смотрит на меня, пытаясь понять, что именно случилось, догадывается, и обвиняюще тычет в меня пальцем:
— Ты его поцеловала, не так ли?
— Не так, — быстро отвечаю, и Сара облегченно вздыхает. — Он меня поцеловал.
Подружка стонет:
— Одну, Дилан! Я поставила тебе одну-единственную задачу!
— Я знаю! — сокрушенно соглашаюсь я.
— Ты не можешь ему позволить вновь заполучить тебя. Жизнь тебя совсем ничему не учит?! Что было дальше?
— Я убежала.
Она вздрагивает от удивления:
— Ну… эээ… хорошо же… По крайней мере, ты не успела раздеться… Могло быть намного хуже.
В этом она права: я уже представляла как она поднимает меня на капот одной из стоящих там машин и срывает с меня платье. Еле выбралась оттуда, чтобы этого не допустить.
— Он сказал мне, что подпишет. — Я почти шепчу эти слова.
— Ну, доставай шампанское, — поздравила Сара. — Почему ты не начала с этой маленькой, но такой прекрасной новости?
— Потому что есть момент. — Я уронила голову на руки. — Он сказал, что подпишет, но только при одном условии.
— Если это прощальный секс, я, вероятно, скажу: «Действуй, сестра!». Это, пожалуй, единственное, что этот человек когда-либо делал правильно, — ухмыляется она.
— Не поняла. Ты — мой сутенер? — Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на нее.
— Если деньги хорошие, детка… — Смеясь она подмигивает мне.
Я смеюсь в ответ и закатываю глаза — я всегда могу рассчитывать на то, что Сара рассмешит меня, когда всякое дерьмо попадает на вентилятор.
— Он хочет поиграть в семью, Сара. Он думает, что сможет заставить меня снова влюбиться в него.
Она свистит низко и долго.
— Ага! Что, черт возьми, мне с этим делать? Я не могу провести с ним целую неделю, — ною я.
— Ну… это довольно затруднительное положение.
Я дуюсь и жду, пока она предложит какое-нибудь волшебное решение моих проблем.
— Я вижу здесь одну серьезную проблему, — наконец говорит она.
— Только одну?!
— Помимо очевидного…, — продолжает она. — Он понимает, что ты так и не разлюбила его?
Я чувствую, как бледнеет мое лицо, когда я признаю тот факт, что я совсем не очень хорошо скрываю свои чувства.
— Не знаю, — честно шепчу я.
Я уже годами проговариваю вслух, что ненавижу этого человека, но, очевидно, я ни в малейшей степени не обманула своего лучшую подругу.
Думаю, я все еще люблю его.
Так было и, возможно, так и останется. Он пробуждает во мне то, чего даже не существовало до него, до того, как он вошел в мою жизнь. Только теперь этого уже недостаточно, чтобы продолжить быть вместе.