— С тех пор много воды утекло. Городские эльфы служат охотничьим трофеем. Остались только те, кто уцелел на войне, да их дети. А уж после магических чар — вреда от них никакого.
— То есть теперь вы охотитесь на эльфов, чтобы снова восстановить их против себя? — поинтересовался Дион. — Довольно кровожадно, вам не кажется?
Дулия пожала плечами:
— Ты говоришь так, будто Табат тебе и не родина вовсе. Мы и дальше будем спорить о судьбе эльфов или все-таки пойдем искать шарик?
Они вошли в лес через кованые ворота. На их причудливой, замысловатой решетке был изображен давно почивший Герцог, осаждаемый крошечными летящими фигурками.
В лесу сплошь и рядом росли тонкие деревья с темной корой, по земле стлались папоротник и невысокий зеленый кустарник с красными ягодами. Тяжелые дождевые капли с шумом плюхались с листьев деревьев, растущих вдоль тропинки, по которой они шли, а по ногам ползла холодная роса, из-за чего обувь вскоре промокла. Невидимые создания стремглав разбегались в разные стороны. Дулию не отпускало чувство, будто за ними кто-то неотступно следит, и она постоянно вертела головой.
Они направились к центру, где, как указала Аннелиза, начиналась спираль из капканов. Здесь посреди леса находилась окруженная деревьями небольшая поляна.
— Странно, — сказал Дион.
— Что?
— Каждое дерево разной породы. Смотри, это дуб, а там яблоня.
— Аннелиза велела искать белую березу.
— Да, вот только она не упомянула, что одинаковых деревьев здесь нет.
— С какой стати ей говорить об этом?
— Все равно странно.
Они с шумом пробирались туда, где белела береза. Оказавшись на месте, Дулия наклонилась к капкану. Дион протянул к ней руку:
— Осторожно! Свежая грязь!
Но она уже летела в яму, увлекая за собой и его: конечности переплелись, со всех сторон сыпался удар за ударом.
Очнулась она в кромешной тьме, в нос ударил запах земли. От острой боли невозможно было пошевелить ни рукой, ни ногой.
— С возвращением, — прямо в ухе раздался голос Диона.
Тело упиралось во что-то бугорчатое и холодное. Как выяснилось, в самого Диона.
— Как мы здесь оказались?
— Нас притащили эльфы. Ты потеряла сознание, а один я справиться с такой оравой не сумел.
— Оравой? Тогда сюда должны были слететься все местные эльфы!
— Вполне возможно, — согласился он.
Ее нос защемило под его подбородком. На мгновение она притихла.
— Почему ты не дышишь?
— Какой смысл притворяться?
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я один из подземных жителей.
— Вампир? Восставший из мертвых.
— Вы, люди, часто нас так называете. Это грубо и несправедливо. Да, если хочешь, — отрезал он.
— И что ты здесь делаешь?
— Что и ты. Ищу шарик.
— Да нет, я о другом. Зачем тебе этот шарик?
На некоторое время воцарилась тишина. Она слышала, как где-то вдалеке капала вода, и уже могла улавливать отдельные запахи: древесный аромат корней, слабые запахи мирры и разложения, исходящие от Диона.
— Это сердце моей матери. Я подумал, если положить его куда-нибудь и хранить при себе, она станет внимательнее ко мне.
— Это шантаж!
— Нет-нет. Я вовсе не собирался рассказывать ей о своей находке. Пусть бы волшебство действовало подсознательно.
— А ты не мог просто попросить ее об этом? Сколько у тебя братьев и сестер?
— У меня их нет.
Дулия пожала плечами:
— Попробовал бы ты пожить с шестью, тогда бы понял, что значит отсутствие внимания. Но я что-то не понимаю — шарик и есть ее сердце?
— Я поднимался на землю купить книги по магии, — начал он. — Это заклинание перемещения. До меня не сразу дошло, что оно сработало. Я оставил шарик в своей комнате, а она взяла и выменяла его на собственные свитки. Дейтл неплохо на нас зарабатывает. Он и отдал шарик Бамлети.
Сквозь темноту пробились шумный шепот и слабое свечение. Сперва свечение казалось ослепляющим, но, как только глаза привыкли, Дулия увидела процессию эльфов. Один держал в руках накаленную добела пористую массу, освещавшую узкий туннель.
Двое эльфов разрезали веревку на ногах, и они, согнувшись пополам, чтобы не задеть головой потолок, и пошатываясь, побрели вперед, пока не уперлись в большой зал. Здесь Дион смог вытянуться в полный рост, Дулии распрямиться не удалось.
Обрюзгший эльф восседал на куче белых коробок размером с кулак. В пещеру все прибывали эльфы, трепет их крылышек создавал монотонное, заунывное сопровождение.
— А теперь говорите! — приказал главный эльф, устремив на них властный взгляд. — Вы выполните наши требования!