Да, хорошо, что мы могли поговорить, сравнить методы и возможности. Но в то же время как печально, что мы все потерпели фиаско. Это обсуждать в группе было гораздо сложнее.
Мы с Кеном уже три месяца посещали еженедельные собрания группы, и вот наступила наша очередь принимать всех у себя дома. Каждые две недели я обращалась к Марии Марони как к специалисту, чтобы обсудить, что ждет меня впереди. Она расспрашивала о группе и только качала головой, слушая рассказы о бесплодных матках и потерянных душах. Я пригласила ее посетить наше очередное собрание у меня дома, поскольку именно она свела нас всех вместе. Мне хотелось отблагодарить ее хорошей едой и бренди. Поначалу она ни в какую не соглашалась и даже бросила очень странную фразу:
— Я не уверена, что вы уже готовы.
— Готовы для чего? — удивилась я, но она только головой покачала.
— Всему свое время. Я дам вам знать, — сказала она.
Мария позвонила мне во вторник утром:
— Я говорила с Хьюго, и мы решили, что вы уже готовы. Мы решили, пора попробовать кое-что новенькое.
— А что именно? — спросила я, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди.
После яиц ничего новенького уже не оставалось. И у меня возникло предчувствие, что на сей раз речь не идет о чем-то диетическом.
— Сегодня вечером я все скажу, — ответила она.
Они приехали в девять, когда закуски в основном были съедены и мы уже приканчивали остатки бренди. Мария выглядела излишне возбужденной и взволнованной.
— Присаживайтесь, — пригласила я. — Выпейте чего-нибудь.
Мария взяла рюмку бренди, осушила ее до дна и только тогда посмотрела на нас.
— Как поживаете? — поинтересовалась она.
— Мария! — воскликнула Нора. — Ну пожалуйста! Джен сказала нам, у вас есть что-то новенькое для нас. Пожалуйста!
— Я привела своего сына. Вы с ним уже знакомы.
Сегодня Хьюго выглядел немного по-другому. От него исходил какой-то магнетизм, он светился странной красотой, которой я раньше не замечала. В нем ничего не осталось от прежнего угрюмого, обидчивого парня.
— Интересно, что он собирается нам впарить? — пробормотал Кен, и, если бы у меня была при себе вязальная спица, я непременно воткнула бы ее ему в бок.
Хьюго, взяв себе пива, наконец сел, и мы немножко поболтали. Но тут Джули раздраженно стукнула чашкой об стол.
— Мне плевать, сколько ты сюда добирался на такси! — воскликнула она. — Меня волнует только одно: зачем ты сюда заявился.
— Я здесь, потому что мама попросила меня пойти с ней и рассказать о том месте, где меня зачали. Место называется Каэнесс. Вы о нем не могли слышать, поскольку это величайшая тайна. Мама узнала о Каэнессе от одного старика, который открыл ей тайну за большие деньги.
Один из мужей тяжело вздохнул. Но кто из них, точно сказать не могу.
— Речь сейчас не о деньгах, — продолжил Хьюго. — Речь о Каэнессе и о том, что он может вам дать.
— Что это такое? — изумилась Нора. — Что ты имеешь в виду под названием Каэнесс. Что это?
Слово «зачатие» обеспечило всеобщее внимание.
— Мама совсем недавно рассказала мне, что у нее были проблемы с зачатием. Такими вещами обычно не делятся с детьми, — солнечно улыбнулся матери Хьюго.
— Да. Я долго держала все в секрете. Но потом ты захотел узнать правду. Ты должен был знать. Поскольку твое происхождение имеет большое значение.
— Так и есть. Знание того, откуда я родом, изменило выбор моего жизненного пути.
— Бессмыслица какая-то, — вмешалась я в разговор. — О чем вы тут толкуете? Что такое Каэнесс?
— Каэнесс расположен прямо под нашим озером. Под нашим городом. Это древний город, разрушенный наводнением. А потом над ним построили новый город, а о нем напрочь забыли. Он там, внизу, — ткнул пальцем в пол Хьюго, чтобы нам было понятнее.
— Теперь что-то такое припоминаю, — сказал Джон. — Они еще пытались проложить туннель под озером, но не слишком далеко продвинулись. Так ведь? А потом туннель был затоплен…
— Так оно и есть. Это Каэнесс.
— Но он же затоплен. Полностью. Слышал, что они добрались до него с помощью батискафа, но ничего не нашли.
— Там покоятся сокровища. Для тех, кто ищет.
— Но нас вовсе не интересуют сокровища, — спокойно произнес Фрэнк. — Тебя ввели в заблуждение. Никого из присутствующих здесь сокровища абсолютно не волнуют.
— Хьюго, ты плохо объясняешь, — не выдержала Мария.
Но он одним взглядом заткнул ей рот.
— Там есть огромная комната, глубоко-глубоко. Туда и проникли охотники за сокровищами. Но они вернулись с пустыми руками, смертельно напуганные. Все тела давным-давно исчезли, многие тысячи тел, как они думают, утонули и сгнили. Однако остались призраки. Они оставили там свои души. Никто не знает зачем. Хотите услышать, что я обо всем этом думаю? — спросил Хьюго.
— Пожалуйста! — простонала Нора. — Ну пожалуйста!
Голос у нее всегда звучал истерически, словно каждая минута, потраченная впустую, уменьшала ее шансы.
Хьюго отхлебнул пива и скривился.
— Наверное, теплое, — заметил Кен. — Сейчас принесу другое.
Но тут Хьюго, взмахнув бутылкой, произнес:
— Думаю, это души нерожденных младенцев. Тех, что были во чреве матери, когда город ушел под воду. Думаю, им отчаянно хочется прожить жизнь.
— А нам отчаянно хочется их получить, — отозвалась Нора.
И мы — я и остальные женщины — стали взволнованно обсуждать открывшиеся перед нами возможности. Мужчины же, один за другим, потихоньку выскользнули из комнаты, и я поймала их на кухне. Они о чем-то шептались. У Кена был виноватый вид.
— Привет, дорогая! — воскликнул он, поцеловав меня в лоб.
— О чем это, парни, вы тут секретничаете?
Но они только обменялись молчаливыми взглядами.
— Мы обсуждаем то, что он сказал, — наконец выдавил из себя Кен.
— Ты имеешь в виду Хьюго? У него есть имя.
И я вернулась к своим подругам.
Мне был не по нутру негативизм наших мужей. Я даже задрожала, когда Хьюго снова заговорил. Я посмотрела на Марию, но она кивала и улыбалась сыну.
— Я был в этом городе, — начал Хьюго. — И прошел через первый туннель. Я не верил в призраков. Все, что я смог там разглядеть, — это металл, ящики, остатки мебели. Потом мы оказались в помещении побольше. Но и там я не заметил ничего, кроме следов распада, пока мой проводник не сказал мне: «Постарайся изменить фокус, словно ты смотришь фильм в формате 3D». И я долго-долго смотрел на драное кресло, смотрел до тех пор, пока комната не стала расплываться. Тогда я перевел взгляд и увидел их. Их были сотни, они толпились вокруг, точно в трюме старого транспортного судна: сидели на корточках на полу, двигались, перемещались с места на место. Они стали щипать меня и моего провожатого, дергать нас за руки. И тогда проводник произнес: «Им не нравится, что мы здесь. Думаю, они хотят женщин».
Фэй даже поперхнулась:
— Что это? О чем ты тут говоришь?
Да, мы не самые хорошие слушатели.
— Я возвращался туда много раз. Мои друзья не понимали, зачем я иду. Они все твердили: «Разве ты не боишься призраков?»
— И что ты им всегда отвечал? — спросила Мария.
— Я всегда отвечал: «Я иду за призраками».
— Но что это был за город? Им это известно? — поинтересовался Джон.
К этому времени мужчины уже успели вернуться и присоединиться к нам. Кен протянул Хьюго новую бутылку пива.
— Очень хорошее место, — ответил Хьюго. — Царство знаний и благотворительности. Абсолютного равенства. Больше я ничего не могу вам сказать. Я брал туда с собой друзей, показывал им Каэнесс.
— И совершенно случайно была установлена связь, — вступила в разговор Мария. — Женщина, которая за десять лет испробовала все, наконец забеременела. Это было какое-то чудо. Оказалось, что духи готовы ко второму рождению. То есть если женщина придет туда с желанием наполнить свое чрево, ее уже будет ждать серебряная душа.