Кухня-гостиная куда интереснее. Здесь гораздо больше всяких ящичков и коробочек. Например, в банке из-под сахара Гринсон прятал двести долларов. Видимо, как заначка на чёрный денёк. Даже не знаю хорошо это или плохо, что он не дожил до него?
Из специй у убитого был набор из трёх молотых перцев – кайенский, чёрный и душистый: гималайская розовая соль прямиком из Пакистана, морская крупная соль и большая жестяная банка звёздочек аниса. Понятия не имею, на кой чёрт ему столько аниса.
От изучения скромного набора специй меня оторвал звонок Дормера.
- Митч, что у тебя?
- Пара пакетиков белого порошка, странные лавровые листья в подушках с именем его подружки и целая куча аниса, – сообщил я, придерживая телефон плечом. – Я ещё не закончил. Что у тебя?
- Ник Лайн нашёл татуировку у Гринсона на затылке, – устало сказал Мэтт. – Скину фото. Чем он вообще занимался?
- Дребеденью всякой, вот что я тебе скажу, – ответил я, наткнувшись на подозрительно неглубокий ящик, – Слушай, у меня тут кое-что есть. Перезвоню.
- Сейчас приеду, Хилл.
Пока Дормер едет, я разберу этот ящик. Сбоку у него есть совсем крохотная выемка и несколько намёток от чего-то острого. Кто-то уже пытался искать тайники. Чутьё подсказывает: ящик с двойным дном. Так и есть! Я достал фальшивое дно ящичка и нашёл ещё пару пакетиков с белым порошком всё с теми же следами вульгарных теней. Всё больше склоняюсь к тому, что Гринсон сбывал.
Но и на этом секреты кухонного шкафа не закончились: дно лёгкое, но раза в три толще, чем у остальных ящиков. Мортимер для чего-то склеил два листа оргалита, оставив между ними небольшое пространство. Что это? А, главное, для чего?
Нож быстро расправился с неаккуратным и подозрительно свежим полупрозрачным клеем, и на пол вывалилась тетрадка тёмно-зелёного цвета в обыкновенной, самой дешёвой бумажной обложке, обклеенная полосками прозрачного скотча. Не подписана, зато вся исписана. От корки до корки тетрадь заполнена незнакомыми символами, некоторые из них обведены в кружочки. Будто заголовки или описание.
Дормер явился спустя пятнадцать минут. К слову, он тоже не разбирается в странных символах в кружочках. Ещё мой друг предположил, что Гринсон увлекался оккультными науками. Возможно. С этим трудно не согласиться. Ничего другого на ум не приходит при взгляде на записи в тетрадке.
- Вот, полюбуйся, – полицейский протянул мне телефон с фотографией татуировки на затылке убитого. – Ничего не напоминает?
Я пригляделся. Попадался похожий значок в записях Гринсона. Я спешно листаю тетрадь в поисках нужной заметки. Есть! Значок похожий, но текст под ним прочесть не представляется возможным. Буквы – или как эти закорючки назвать, - очень напоминают буквы иврита, коих я предостаточно насмотрелся в доме мистера Леви. Возможно, Эйден всё-таки сможет мне помочь. Если ему не известно значение данных символов в кружочках, то, возможно, священник сможет прочитать заметки.
- Именно, - согласно кивнул Дормер, увидев символ в тетради, - и теперь мне нужно знать, что это такое, – он небрежно ткнул указательным пальцем в записи.
- У меня есть один полиглот, – сказал я, захлопнув тетрадку, – Покажу ему, если ты не возражаешь.
- Опять побежишь к своему священнику? – насмешливо произнёс Мэтт, – И как сильно ты доверяешь ему? По шкале от десяти до нуля.
- Двадцать, Мэтти, – ответил я, пряча записи в сумку, – доверяю ему на двадцать, ясно?
- А мне? – полицейский горделиво задрал подбородок.
- Тоже на двадцать, – выдохнул я. – Ты, что, ревнуешь?
- Вот ещё! – воскликнул Мэттью. – Будь ты Мэри… - уверено начал он, но тут же прикусил язык, – всё равно бы не ревновал, ясно тебе, Хилл?!
Мы вместе занялись диваном. Честно говоря, меня не отпускает чувство, будто до нас в квартире уже кто-то порылся. Неспроста всё это. Чутьё не обманывает.
- Кстати, чуть не забыл! – вдруг вскочил Дормер, – Элли Ти Эн сказала, Морт отдал ей на хранение шкатулку накануне. Просил подержать у себя, пока он разберётся с какими-то делами.
- Шкатулка?
- Да, – кивнул полицейский. – Деревянная.
- Ты забрал её?
- Она не отдала, – сообщил Дормер, – разрешила осмотреть, но не забирать.
- Слушай, она верующая? – спросил я, суетно ища мобильник.
- Крестик носит, иконы на кухне и молитва у входной двери, – пожал плечами Мэтт. – Всё как положено.
Я немедленно набрал Фроста. Священник ответил, на удивление, сразу же.
- Эйден, я хочу тебя видеть! – выпалил я совершенно неожиданно для самого себя.
- Потерпи до вечера и увидишь, – вполголоса проговорил священник, – Я сейчас занят, Митч.
- Мне срочно, очень срочно нужна твоя помощь как служителя церкви, – практически молил я. – Пришлю адрес, встретимся там, хорошо? – с надеждой сказал я: знаю, что такому тону он точно не откажет. – Через сколько ты освободишься?