Эйден вздохнул, показывая всё нежелание идти на поводу у моих слов.
- Допустим, у меня сейчас нет важных дел, – начал он. – Жду адрес.
Священник положил трубку, а я тут же отправил ему адрес, продиктованный Мэттом. Мы немедленно отправились к Элли Ти Эн. Возможно, разгадка находится у нас прямо перед носом.
Эйден пришёл спустя пару минут после нас и прожигает меня взглядом. Чтобы немного задобрить его, я показал тетрадь Мортимера Гринсона. Фроста развлекают разного рода загадки и головоломки, так что записи убитого сыграли мне на руку.
Как и ожидалось, со служителем церкви Элли Ти Эн оказалась куда сговорчивее. Она с радостью показала шкатулку Гринсона и, по-моему, могла бы с радостью отдать её Эйдену. Даже уговаривать не пришлось. Фрост забрал шкатулку, сказав, что дух может обозлиться, если его будет удерживать в мире живых какой-то предмет. Первый раз подобное слышу и, уверен, Эйден придумывает на ходу.
Мы покинули дом подружки Гринсона и отошли подальше. Всё это время Фрост нёс шкатулку на вытянутых руках, брезгливо держа её буквально подушечками пальцев. В конце концов, он выбросил её на траву, вывернув на землю всё содержимое резного деревянного ящичка.
- Ты не трогал шкатулку?! – налетел на меня Эйден, хватая за лацканы куртки. – Прошу, скажи, что не трогал!
- Да ничего я не трогал! – я ошарашенно поднял перед собой ладони, – Мэтт сказал про неё.
- Я не трогал, – тут же выдал Дормер, отшатнувшись от взбесившегося священника. – Не трогал, клянусь. Только салфеткой!
Эйден немного успокоился и взял себя в руки. Он пальцами зачесал упавшую чёлку назад и выдохнул, уперев руки в бока. Священник попросил показать тетрадь и недолго изучал записи Гринсона.
- Руны. Толкование рун, – вполголоса заключил Фрост, – это арабский, – Эйден протянул тетрадь полицейскому. – Мортимер Гринсон владел русским, он долго жил в Брайтон-Бич, но способности к языкам у него не было, тем более ему не дались бы семитские языки. Морт скорее был математиком. Он и русский-то выучил только из-за острой необходимости, – священник перевёл небрежный взгляд на шкатулку и множество цветных камешков, которые из неё высыпались. – Можете не верить, детектив Дормер, но на шкатулке сильный приворот. Такой только профессионал способен сотворить.
- Лавровые листья с именем тоже из того разряда? – спросил я.
- Да, – кивнул Фрост, – Чёрная магия, да ещё и руны, – священник хмыкнул, – Жуткая вещь.
- Это никак к делу не прицепишь! – возразил Мэтт, – Может, полиции теперь совета у экстрасенсов спрашивать? Кого сажать, а кого нет! – прошипел полицейский, – Ты тоже в эту чепуху веришь, Митч?
Я ничего не ответил, просто сунув руки в карманы джинсов.
Мэтт нервно фыркнул и закурил. Спустя короткое время ему позвонил Колин Саммерс. Камеры видеонаблюдения засекли девушку высокого роста у дома Гринсона. Она была единственной женщиной такого роста, кто попал на камеры в нужный временной интервал. Богдана Нагу, гражданка Румынии, уже имеет приводы в полицию. В их числе мелкие грабежи и хранение наркотических средств. Вся подкладка её сумочки испачкана неоновыми тенями, кусочек которых мы нашли на месте преступления. Совпали и марка, и дата выпуска. Те же самые тени есть на пакетиках.
На одежде убитого обнаружили молотый чёрный перец, слюну, и слизь из носа, принадлежащие Нагу. Предположительно, Гринсон просыпал на себя специю пока готовил, но неожиданно к нему заявилась Богдана. Мортимер стряхнул с рубашки остатки молотого перца, что вызвало приступ чихания у убийцы. Таким образом слюна и слизь из носа попали на одежду Гринсона. Помимо этого, орудие убийства совпадает.
Осталось проверить отпечатки на пакетиках с порошком, но следы теней, думаю, и так доказывают, что отпечатки принадлежат Богдане.
- Дело закрыто, – невесело сообщил Дормер, – Всё как обычно, - самодовольно заявил полицейский, - и никакой магии, святой отец.
- Я и не говорил, что магия убила его, – ответил Фрост в своей обычной немного вызывающей манере, – Я говорю, что она сыграла во всём этом не последнюю роль. И шкатулку не отдам.
- Сдалась мне эта деревяшка! – буркнул Мэттью. – Увидимся, Хилл! Спасибо за помощь.
Прежде чем пойти домой, мы закопали шкатулку где-то под мостом. Эйден вылил на несчастную деревяшку целую бутылку святой воды и сжёг пару церковных свечей. Только после этого мы ушли.
На город опустились сумерки, зажглись фонари, и на улицу высыпали люди. Только сейчас я осознал, что действительно подустал за сегодняшний день. Набегался, если честно, и надышался хлоркой, которая ничуть не выветрилась из квартиры Гринсона.