Вздох матери сорвался с губ, словно последняя ниточка терпения, но не к моей ситуации, а к моей неисправимой, детской наивности.
— Самое важное – это твоя собственная жизнь, – прозвучало в ее голосе, и усталость в нем была такой осязаемой, что казалось, она несет на себе груз всех моих ошибок.
Она поднялась, словно завершая некий ритуал.
— Хватит разговоров. Увидимся, дорогая, – ее поцелуй в щеку был быстрым, почти формальным. — И помни про перевод.
Обед прошел, и я снова погрузилась в офисные джунгли.
Мои пальцы, словно по привычке, начали свою медитацию с помолвочным кольцом. Да, да, тем самым, которое мне досталось в наследство от отношений, закончившихся три года назад, как будто кто-то решил, что "жили долго и счастливо" – это слишком скучно. Но кольцо-то красивое, чего добру пропадать!
Я сняла его, поднесла к солнечному лучу, и этот крошечный камушек заиграл всеми цветами радуги.
Вот ведь парадокс: вроде бы любили друг друга, а потом – бац! – и он, на юбилее наших отношений, выдает мне новость о разрыве, как будто речь идет о смене тарифа на интернет.
В этот момент в голове словно взорвался фейерверк.
Не знаю, что на меня нашло, но я запустила кольцо через стол. Оно неловко отскочило от пола и, предательски покатившись, скрылось под диваном ожидания в неизвестном направлении.
О, нет! Только не это! Мое кольцо! Оно же такое дорогое, такое… мое!
Сердце ухнуло куда-то вниз, оставив в груди неприятную пустоту. Я пулей сорвалась со стула, ноги сами понесли меня к дивану, словно притянутые невидимой силой. Встала на колени, пальцы судорожно шарили по пыльному полу под ним, в этом узком, коварном зазоре, который вдруг показался непроходимой преградой. Пришлось наклонить плечи ниже своей… ну, вы понимаете.
И тут, в самый неподходящий момент, раздался тот самый голос.
Мужской. Низкий, бархатистый, с легкой хрипотцой, от которой по коже пробегали мурашки. Голос моего босса.
— Помочь? – спросил он, и я почувствовала, как мои щеки заливает краска. Не только от неловкости ситуации, но и от того, как его присутствие вдруг сделало эту пыльную охоту за кольцом… чем-то совершенно иным.
Я подняла голову, стараясь придать лицу хоть какое-то подобие достоинства, но, кажется, получилось не очень.
— О, мистер де L'Ombra … Я… я просто… – замялась я, чувствуя, как его взгляд скользит по мне, по моей позе, по моим… усилиям.
Его взгляд. Он не просто смотрел, он исследовал. Медленно, словно пробуя на вкус, он скользнул по моей шее, задержался на изгибе плеча, которое я невольно выставила вперед, пытаясь дотянуться. Затем опустился ниже, к моей спине, подчеркивая ее изгиб в этой неуклюжей позе. Я почувствовала, как его глаза, темные и глубокие, изучают каждый сантиметр моего тела, обнаженного этой вынужденной близостью к полу. Он видел, как напряжены мои мышцы, как дрожат пальцы, как отчаянно я пытаюсь найти потерянное.
Он усмехнулся, и эта усмешка, казалось, осветила весь темный угол под диваном.
— Потеряли что-то ценное? – его голос стал еще ниже, и я почувствовала, как его теплое дыхание касается моей щеки, хотя он стоял на приличном расстоянии. Или мне так показалось? Его взгляд, казалось, задержался на моих губах, которые я невольно прикусила от волнения.
8 Глава
Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Его присутствие было настолько ощутимым, что казалось, воздух вокруг нас загустел. Я чувствовала себя совершенно беззащитной, пойманной в ловушку этой нелепой ситуации и его пронзительного взгляда.
— Я… да, – наконец выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но он предательски дрогнул. – Мое кольцо.
Он наклонился, и я почувствовала, как его тень накрыла меня. Его движения были плавными, уверенными, совершенно не похожими на мои судорожные поиски. Он не стал опускаться на колени, а лишь присел на корточки, его длинные пальцы легко скользнули под диван. Я затаила дыхание, наблюдая за ним.
— Вот оно, – произнес он через мгновение, и в его руке появилось мое кольцо. Заблестевшее в лучах света, словно пойманная звезда.
Он протянул его мне, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Его кожа была теплой, а прикосновение – легким, но от него по моей руке пробежала волна мурашек.