— О, ничего такого… то есть, да. Ну, почти.
— Хорошо, я вас слушаю.
— Видите ли, — замялась старушка, явно подбирая слова, — я уже немолода и воспитывалась в иные времена. Тогда строже относились к тому, что называется честью, и не допускали падения нравов.
— Вы меня пугаете!
— Не больше, чем вы меня, когда появились здесь, прежде чем я открыла дверь. Кстати, откуда у вас ключ?
— Ну что вы, Елизавета Петровна! Откуда же у меня ключ? Вы, верно, просто запамятовали закрыть входную дверь, только и всего.
— Боже, вы такой милый молодой человек и при этом такой отъявленный лжец! Я ещё не выжила из ума и точно помню, что закрывала. Но это не важно, на самом деле. Лучше скажите мне, хорошо ли вы знаете свою избранницу?
— Более чем. А почему вы спрашиваете?
— Видите ли, — подвигала губами вдова, будто что-то распробовав, — я понимаю, что в нынешнее время нравы стали более свободными и не собираюсь вмешиваться в вашу личную жизнь. Но уверены ли вы, что вашу невесту, буде она станет женой, примет кают-компания вашего корабля?
— Извините, а какое дело этой самой кают-компании до моего семейного положения?
— О, Дмитрий Николаевич. Весьма большое, ведь вы собираетесь стать офицером флота!
— Господь с вами, мадам Барская! Куда мне со свиным рылом в калашный ряд? А к механикам и прочей «черной кости» требования не такие строгие.
— Как знать, как знать. Вы же поступили на службу, чтобы вернуть себе положение, на которое имеете полное право, не так ли? Вы молоды, хороши собой, успели себя проявить, и если вас признает ваш родитель, к чему есть все предпосылки, то можете сделать самую блестящую карьеру. И тут ваша Гедвига… право же, она премилая барышня, но пара ли она вам? Подумайте об этом!
— Спасибо за беспокойство, Елизавета Петровна, но я как-нибудь сам разберусь с этим!
— Ну вот, обиделись на старуху! А я ведь вам только добра желаю… погодите-погодите, это ещё не всё.
— Слушаю вас, — вздохнул Будищев с видом христианского мученика перед львами.
— К мадемуазель Берг в ваше отсутствие приходил друг Павла. Вы, должны помнить его, он частенько его навещает.
— Мичман Дружинин?
— Да. Я, разумеется, старалась держаться рядом при их встрече и сделала все, чтобы соблюдались приличия, но они говорили, и ваша невеста определенно смущалась. Это не моё дело, но между ними явно есть какая-то тайна. Может быть даже романтическая.
— Спасибо, буду знать.
— Не сердитесь на меня, Дмитрий Николаевич. Я не могла не предупредить вас.
— Всё нормально.
— Хотите кофе?
— Нет.
— Ну как знаете, — поджала губы вдова.
Поднимаясь по лестнице к своей комнате, Будищев напряженно размышлял. Когда квартирная хозяйка рассказывала ему о Гесе, вид у неё был такой, будто она как минимум застукала свою невольную постоялицу в постели с парочкой негров. В другое время его бы это развеселило, но не теперь. После взрыва в Зимнем дворце жандармы будут рыть носом землю в поисках злоумышленников и могут выйти на Дружинина, а заодно и на весь круг его общения. В том числе и на него. И нафига это надо?
Незамеченным проскользнуть не удалось. Стоило двери легонько скрипнуть, как девушка проснулась и со страхом уставилась на входящего. Но едва она узнала его, на её лице появилась счастливая улыбка.
— Господи, наконец-то, — всхлипнула Геся, бросаясь к нему в объятия. — Ты не представляешь, как мне было жутко одиноко без тебя.
— Я тоже скучал, — шепнул он, отвечая на поцелуй.
— Почему так долго?
— Блин, наше начальство само не знает, чего хочет. То отпустили, то снова нашли чем нагрузить… козлы педальные…
— Что ты делаешь?
— То, что должен был сделать ещё при первой встрече…
— Будищев, ты — нахал!
— Да я такой…
Немного отдышавшись, он ласково провел рукой по щеке девушки. Та, отвечая на ласку, легонько прикоснулась к ней губами и прошептала:
— Что ты со мной делаешь?
— Люблю.
— Мы наверняка разбудили половину дома.
— Нефиг спать, мы же не спим!
— Посмотри, что ты сделал с моей рубашкой?
— Хочешь, я подарю тебе шарфик?
Услышав его, Геся глупо хихикнула и спрятала от смущения лицо. Затем, видимо решив, что хорошего понемножку, поправила свою сорочку и потребовала от жениха:
— Отвернись, мне надо одеться!
— Чего я там не видел? — возразил Дмитрий и попытался обнять её, но девушка на сей раз оказалась непреклонна.
— Всё! Нам нужно серьезно поговорить.
— О Дружинине?
— Хозяйка проболталась? Впрочем, оно и к лучшему. Да, он приходил ко мне.