На улицу вышел владелец лавки и к нему подошёл молодой человек, от которого пахло древесной корой и жасмином.
— Господин аптекарь, я полагаю? Меня зовут Артур Норт. У меня к вам несколько вопросов, — сказал юноша.
— О, барон Норт. Да-да, граф Дункер предупредил о том, что вы хотите со мной пообщаться. Вы не составите мне компанию? Я собирался к пекарю, — ответил аптекарь, и закрыл дверь на замок.
— Конечно, — со всей учтивостью кивнул барон Норт, и они пошли вниз по улице. Кот мяукнул и последовал за ними, надеясь получить от аптекаря угощение, как бывало когда-то давно.
— Скажите, это у вас Маркус покупал лекарства для матери? — спросил барон.
— Конечно, а у кого ещё? Я здесь единственный держу аптекарскую лавку. И, замечу, имею врачебную лицензию и разбираюсь в медицине на уровне столичных светил! Не то что местные знахари.
— А что именно он покупал?
— Я рекомендовал его матери териак. Прекрасное средство для сохранения жизненных сил. Ей оно было просто необходимо, бедняжка без него совсем угасала.
— Вы имеете в виду митридациум?
— Да-да, именно. Уникальное средство! Это просто гениальное изобретение одного древнего царя. Сохраняет молодость, помогает при множестве болезней, спасает при отравлениях и даже защищает от заражения чумой!
— И много териака он покупал?
— Раньше брал каждый месяц по флакону, но в последнее время он не заходил. Я слыхал, у него возникли проблемы с деньгами.
— А кроме вас кто-то ещё продаёт это средство?
Аптекарь скривился.
— На рынке вам чего только не продадут. Банку с грязью назовут экстрактом земной коры и будут просить за неё, как за скульптуру скакуна из чистого золота.
— Вот как. А что на счёт ядов? В вашей аптеке можно купить что-то, способное вызвать отравление и привести к быстрой смерти? Скажем, за час или полчаса?
— Любезный барон Норт, любое лекарство — яд в неправильной дозировке. Но так скоро убить моими аптечными средствами не получится. Если хотите знать моё мнение, то здесь нужна рыба.
— Рыба?
— Именно. В нашей бухте водится такая — Золотой Скалозуб. Смерть от яда в её плавниках наступает очень быстро. Именно поэтому ловить его строго запрещено.
Барон и аптекарь зашли в пекарню, а кот, так и не дождавшись угощения, отправился искать место для ночлега. Он уснул поздно вечером под крыльцом часовни, а утром его разбудили удары молотков и человеческие голоса. На площади перед часовней возводили помост со столбом и перекладиной.
Кот выполз из своего убежища и пошёл прочь от собиравшихся отовсюду людей. Совсем скоро ему на глаза попался голубь, который клевал зерно у края дороги. Кот подкрался поближе и приготовился к прыжку, как вдруг из-за поворота вышли двое солдат.
— Этот барон меня почти час не отпускал. Все выяснял о покойниках наших, — жаловался один.
— И что выяснил? — спросил второй.
— Что-что… Ну, что Вернер картежник. Как будто я много знаю. Так он потом поворят наших донимал, кто что видел в тот день.
— И что? Видели они что-то?
— Да что они там видели. Пьяную солдатню и кота какого-то.
Кот прыгнул, но голубь упорхнул прямо у него из-под носа, и незадачливому охотнику оставалось лишь вернуться на площадь, чтобы выпрашивать еду у зевак. Так и побрёл он обратно к часовне, но стоило ему подойти ближе к людям, как на него накинули мешок.
— Попался! — раздался знакомый детский голос, и раздражающий смех поварёнка ударил по чувствительным кошачьим ушам.
На этот раз кот дал мешку бой. Он царапал и бил жёсткую ткань ногами, извивался и выгрызал себе путь на свободу, но в конце концов выдохся из сил и затих, прислушиваясь к доносившийся отовсюду человеческим голосам. Внезапно всё затихло.
Поварёнок открыл мешок, шикнул и вытряхнул кота в плетёную клетку для куриц у своих ног.
Кот прижал уши и огляделся. Он оказался в первом ряду огромной толпы зрителей: у самого помоста, на котором стояла Анна. Девушка покорно ждала своей участи, глядя большими растерянными глазами наверх - на длинный балкон соседнего дома, где выставили два ряда высоких стульев для собравшихся вельмож.
— Подсудимая… — сказал вельможа, сидевший на самом большом стуле, но его перебил выбежавший на помост юноша, от которого исходил аромат древесной коры и жасмина.
— Достопочтенный граф Дункер! — воскликнул он. — Прошу вас простить мне столь вопиющую дерзость и, прежде чем объявить приговор этой девушки, выслушать меня.
— Барон! — с возмущением в голосе ответил вельможа. - Вы…
— Я прибыл на празднование ваших именин, чтобы поздравить вас от имени Его Величества, но остался ещё на несколько дней, чтобы выяснить, кто и зачем убил ваших подданных в тот радостный день. Я слышал, что нет в этих краях человека великодушнее вас, поэтому умоляю дать мне слово, — барон покорно склонил голову.