Палыч отказался от, так сказать, разработки этих мест не только в силу расстояния (до мегаполиса намного ближе), но и из-за того, что технике там тяжело передвигаться. Болотистая местность, насыщенная оврагами и дремучими рощами, разрезаемая ручьями и речками. Вот с моими големами пройти будет в несколько раз легче, чем на машинах. Если бы еще не усложняли путь тяжелые габаритные фургоны. Но без них обойтись сложно.
Первая ночь прошла тихо и без происшествий. Днем также обошлось без неприятностей. У меня даже создалось впечатление, что я еду где-то в средней полосе России далеко от обитаемых мест. Но вторая ночь мигом сбила расслабленное состояние.
Проснулся от выстрелов, ржания лошадей и громких криков.
– Что это? – испуганно сказала Аня. – На нас напали?
– Угу, судя по всему, – ответил я, второпях одеваясь и обуваясь.
– И что делать?
– Тебе – оставаться здесь. Ползун станет защищать. А я должен быть среди своих людей.
– А…
– И, бога ради, сейчас просто выполняй, что сказал! – перебил я ее, потом чуть смягчил тон: – Ань, пойми, ты ничем там не поможешь, а подвести – запросто. Я стану защищать тебя, и такое отвлечение внимания от обстановки может стать катастрофичным. Все, я пошел, – я поцеловал девушку и выскользнул на улицу.
От големов, шлющих мне образы, в голове творился кавардак, так что пришлось от этого отключиться. Понял только, что на лагерь напали какие-то обезьяноподобные существа, вооруженные камнями и палками. Вроде бы простые предметы, но пользовались ими нападающие виртуозно! Даже умудрились повредить двух чапиидов и големопса.
Фонари и магические «светляки» быстро превратили ночь в ясный день. И это было очень кстати, так как темнота стояла такая, что собственную руку было сложно рассмотреть. Ко всему прочему оказалось, что обезьянки свет на дух не выносили и быстро удрали в свое логово, едва наш лагерь засиял, как новогодняя елка на Земле первого января.
– Во какие красавцы, – Шацкий бросил мне под ноги существо, похожее на гоблина, заросшего черной густой шерстью. Из-за нее обезьянка казалась крупнее лопоухих злобных карликов, хотя общих черт между теми и этими хватало. – Десятка два накрошили, еще столько же удрали назад.
– Наших кого задели?
– Лично видел, как камнем откололи ногу твоему волкодаву. И пару лошадей утащили внаглую. Пока одни на нас наскакивали, остальные проскользнули к загону.
– А с людьми что? Меня они беспокоят больше, чем мерины и големы.
– Убитых нет, – ответил парень. – Про раненых еще не докладывали. Пойду, узнаю.
– Потом мне скажи.
– Угу.
Через двадцать минут я узнал, что отряд отделался легким испугом. Три поврежденных големов, что исправляется за час при помощи инструмента и легкого кровопускания. Четыре лошади – двух утащили ночные твари, две были ранены и не могли поддерживать темп колонны, поэтому их пришлось добить. Половина дружинников обзавелась синяками и шишками, к счастью, от серьезных травм спасли доспехи, обработанные мной.
Удивительно, но эти мелкие мохнатые гоблы метали камни с такой силой, будто использовали пращу. Несколько таких снарядов попали по фургону, стоящему ближе всего к месту самой жаркой схватки, и проломили ему борт. Не то чтобы насквозь, но две доски треснули пополам.
После подсчета мы все вздохнули с облегчением. Ведь могло быть во сто крат хуже. Не стоит забывать, что находимся в самом страшном и опасном месте этого мира.
Только Ерана ярилась и слала проклятья на голову нападающих, которые утащили ее любимую кобылу. Теперь девушке предстояло пересесть в седло заводного скакуна.
После такой побудки спать расхотелось всем. Так и просидели с оружием в руках и в броне до рассвета, не убирая освещение.
Глава 7
На третий день, еще до полудня, мой отряд вышел к первой цели – поселку городского типа. Он оказался зажат с двух сторон лесом, с третьей болотом, и лишь с четвертой, откуда пришли мы, местность была более-менее открытой: луга и крохотные рощицы, отделенные друг от друга ручьями.
Големы в сложных условиях непроходимого бездорожья показали себя отлично. Они разведывали путь, искали самых подходящий, а потом, если пройти фургонам и лошадям там было тяжело или невозможно, расчищали его и строили настилы, гать, мостики. Все это возводилось на скорую руку без каких-либо расчетов – на глаз, лишь бы разок продержалось и хватит.