– Плевать, – махнул я рукой. – Пусть мы окажемся в невыгодных. Есть у нас сюрпризы, которые их смертельно удивят.
– Уверены, господин виконт?
– Да, – твердо сказал я.
– Тогда… тогда, – задумчиво произнес он, – мы встанем вот так, – он провел пальцем по карте. – Монеток нету? Пыльков и мелких серебряных?
– Для чего? – удивился Колька.
– Хочу расставить отряды на карте для лучшего понимания, – пояснил тот.
– Патроны сгодятся? – я показал пистолетный «масленок».
– Да. Они разные?
– Всякие есть.
Через несколько минут на разрисованной карте лежали патроны – пистолетные, автоматные, от ружей. Чем больше размер, тем сильнее отряд они изображали. Выходило, что у врага тузов было больше. Правда, наемник, Вишэн Орм, не знал о реальных возможностях БМП и «зушек», в его плане они считались мощными осадными машинами, сравнимыми с зачарованными катапультами и «скорпионами» этого мира. Чтобы проникнуться степенью смертоносности тридцатитонных бронированных машин, для этого нужно было увидеть их в большом деле.
– Вот только я бы на их месте сто раз подумал, прежде чем принимать наши условия боя, – сказал он в конце, когда описал примерный предполагаемый ход сражения. – Слишком сильно это похоже на ловушку. Получается, что мы сами себя загоняем в невыгодные условия: тут речка и топкие берега, тут ровная гладкая местность – просто идеальная для их всадников. Обходных маневров у нас не будет и останется лишь наступать по прямой, подставляясь под удары конных лучников с правого удара. В лоб нас будут бить осадные машины и маги. Нам никуда не уйти, остается только сражаться и умирать.
– А если через речку и болото проложить гать с мостками. Якобы приготовимся для отступления, даже бегства на случай неприятного исхода в сражении. Это поможет?
– Мостки, говорите? Пожалуй, что да, – кивнул он. – Я бы на их месте даже подумал, что это и есть ловушка. Что мы хотим заставить их оказаться в одном месте перед речкой и начать переправляться следом за нами, чтобы подловить и ударить магией и грохочущим оружием в скученную толпу бойцов. Конница станет самой уязвимой, полевые машины громоздкие и устанавливаются не быстро, маги сами окажутся первоочередной целью для стрелков и магов с другого берега.
– То есть купятся? – уточнил я. – Задумка с переправой позволит нам вывести их командиров в нужную точку?
– Да, с большой долей вероятности так и будет. Но это опасно, господин виконт. Даже с переправой, которой мы можем воспользоваться при проигрыше в сражении, наши потери будут огромны! Уйдут на ту сторону немногие.
– Больших потерь не будет, – заверил я его. – Главное, чтобы заставить врага действовать так, как нам нужно. Это уже половина победы. Тем более я буду в первых рядах. Думаешь, стал бы так рисковать, не будь уверенным в своих силах?
– Вы можете просто не сознавать степень опасности, – пробурчал он, но потом тряхнул головой. – Ай, да пошло оно все к демонам! Пусть будет по-вашему.
Толан Стах, старший жрец богини Лораиниадинэ с безучастным выражением на лице осматривал холм, где он с прочими священнослужителями и командирами боевых отрядов остановился для наблюдения за предстоящим сражением.
Враги сами загнали себя в ловушку, выбрав самое неудачное место для позиций и предоставив своим противникам множество маневров.
«Иные, – мысленно презрительно ухмыльнулся Толан, – не умеют воевать так, как принято в нашем мире. Все рассчитывают на свое оружие, использующее горючую алхимическую смесь. И считающие всех прочих отсталыми и глупыми лишь потому, что научились строить сложные механизмы».
Иные, а их было в два раза меньше, решили устроить ловушку для жреческого войска, заманив на топкий берег ручья, переправившись перед этим на другую сторону. При большой скученности их грохочущее дальнобойное оружие будет невероятно эффективно! А защитные амулеты имеются лишь у каждого десятого бойца, в основном это отряды наемников и дворян. К тому же в этом случае не получится воспользоваться таранным ударом баронета Одаката, который имел две дюжины всадников на химерах – быстрых, ловких, имеющих телепатическую связь со своими седоками и соседними скакунами, способных убивать врагов копытами и зубами наравне со своими хозяевами.