Савинков сделал еще несколько глотков и улыбнулся. «Да, некоторым идиотам деньги в руки давать вообще нельзя. Такие вот и губят любое дело, — он посмотрел на часы и мысленно выругался. Прошло уже больше четверти часа от назначенного времени, а обещанный курьер так и не появился. — Ждать или не ждать?» Кружка уже показывала дно, а пить еще одну Борису не хотелось. Как и ждать. Но в полученном им сообщении содержался намек на очень важные сведения, которые должен сообщить курьер. Да и переданные с ним деньги были бы не лишними. Только вот дела хотелось еще больше, все время в Алжире Борис скучал по опасным и трудным делам.
Прошло уже больше часа, Савинков допивал вторую кружку, растягивая время между глотками до пределов возможного и постоянно поглядывая на часы. Народу в зале становилось уже совсем мало.
Савинков уже решил, что сегодня курьер не появиться и пора уходить и полез в карман за бумажником. В это время кто-то подошел к столу, загородив свет от окна. Борис поднял голову. Стоявший перед ним мужчина совершенно не походил на курьера, которого он так ждал. Скорее — обычный работяга, из тех, что часто посещают эту пивную. Одетый неброско, в поношенную, но приличную одежду. В руках — котелок, который подошедший почему-то придерживает именно двумя руками. Лицо ничего не выражает, словно он смотрит на пустое место. Борис почувствовал неожиданную тревогу и уже начал подниматься со стула, с огорчением припомнив, что «бульдог» лежит во внутреннем кармане и так просто его не достанешь.
— Савинков? — негромким, каким-то бесцветным голосом спросил подошедший. И тут же добавил. — Вам просили передать горячий привет.
В правой руке, до того прикрытой котелком, оказался почти такой же револьвер, как тот, за которым потянулся было Борис. Выстрелы прозвучали неожиданно громко и слитно, словно очередь из новомодного пулемета. Стрелок, выпустив почти весь барабан в короткий промежуток времени, аккуратно поднял ствол, дунул на него, словно охлаждая и незаметным движением спрятал куда-то под пиджак. После чего развернулся, поклонился остолбенело смотревшим на него посетителям и неторопливо вышел из пивной. Вся эта сцена, словно позаимствованная из дешевого бульварного романа о приключениях какого-нибудь Рокамболя, заняла не больше пяти минут. И никто сразу даже и не понял, что конкретно произошло.
А на теле убитого полиция нашла фотографическую карточку, на которой известная с недавних пор всему цивилизованному миру жертва убийц — русская императрица, сидела, держа на коленях маленькую девочку. Может быть еще и поэтому, несмотря на громкое освещение в прессе, дело так и было списано в архив, как нераскрытое…
Британская Империя. Ирландия. Дублин. Июнь 1907 г.
Небольшой табачный магазин «Морриган», открытый приехавшим недавно из Америки неким Томасом Кларком не в самом центре, неожиданно быстро приобрел популярность не только в своем районе, но в городе. Хороший выбор товара, умеренные цены, возможность заказать любимый сорт табака из Америки или Турции, вежливый продавец, охотно готовый посплетничать с постоянными клиентами — все что нужно для привлечения покупателей.
Этот ажиотаж естественно привлек внимание Королевской Ирландской Полиции. Особенно после того, как в ответ на запрос о личности хозяина, из Лондона пришли сведения, что этот господин — видный деятель ирландского националистического движения.
— В шестнадцать лет организовал в своём городе клуб для сторонников ирландского национализма. Позднее вступил в организацию Ирландское Республиканское Братство. А в одна тысяча восемьсот восьмидесятом году в Данганноне, во время столкновений между местными жителями и полицией, Кларк не только занимался антиправительственной агитацией, но и стрелял. Имелись также непроверенные сведения, что в тысяча восемьсот восемьдесят третьем, когда один из лидеров Ирландского Республиканского Братства О’Донован, находившийся в Нью-Йорке, призвал к «динамитной компании»[8], Кларк тайно приехал в Лондон под именем Генри Уилсон. Он должен был взорвать Лондонский мост, однако был арестован. И приговорён к пожизненному заключению, из которого был освобожден королевским правительством ввиду невыносимых условий содержания в тюрьме. По донесениям осведомителей — выехал из Соединенного Королевства в неизвестном направлении. В то же время из Северо-Американских Соединенных Штатов пришли сообщения о появлении там Кларка. Который женился на дочери одного из лидеров ирландской организации «Клан-на-Гаэль» и купил ферму недалеко от Нью-Йорка…, — дочитав, суперинтендант Канингхем брезгливо, словно использованный пипифакс[9], положил документ, полученный из Особого отдела Скотланд-Ярда, на письменный стол. — Что будем предпринимать, господа?