Открыв доклад, капитан заглянул в него и начал рассказ с описания происшествия в конструкторском отделе артиллерийского производства. После чего, иногда заглядывая в бумаги, продолжил: — «Русский след» в данном деле можно считать ложным, — вынудив начальников заинтересованно посмотреть на него: — Во-первых modus operandi не соответствует обычным приемам русской разведки, — невозмутимо продолжал капитан. Оба слушателя невольно кивнули в знак согласия. Руские подкупили бы кого-нибудь из местных или прислали своего специалиста побеседовать за хороший гонорар с кем-либо из инженеров. — Во-вторых, слишком явное указание на виновность русских. Что заставляет задуматься, кто в этом заинтересован. В-третьих, среди похищенных бумаг основной объем занимают подготовленные именно для русских чертежи двадцативосьмисантиметровой осадной мортиры…
— Эти доказательства — косвенные, — прервал докладчика майор Клосс, заместитель начальника отдела, спровоцировав неодобрительный взгляд в свою сторону со стороны майора Николаи.
— Есть еще одно, самое убедительное, — парировал капитан. — Нами проверены почтовые отделения города. И из одного, ближайшего к заводу, отправлены, согласно регистрационным книгам, ровно четыре конверта по заграничным адресам. Два из которых проходят в нашей картотеке, как используемые английской разведкой. Совпадение? Не думаю. Поэтому полагаю, что мы имеем дело с операцией английской разведки.
— Англичане, — задумчиво, словно пробуя это слово на зуб, повторил Николаи. — Скорее всего вы правы, гауптман. Провокация в их стиле — не только получить интересующие сведения, но и попытаться вбить клин в наши отношения с русскими.
— В таком случае прошу вашего разрешения на то, чтобы запросить русскую полицию о личности этого… «Карла Хана», — поспешил воспользоваться своей маленькой победой Айсман. — Если такового у них не обнаружится среди работников Путиловского завода, на котором этот господин якобы работал — это будет завершающим доказательством в нашем расследовании.
— Разрешаю, — не затягивая, согласился Николаи. — Доклад оставьте, я сегодня же доложу результаты Его Императорскому Величеству. Свободны.
Капитан, попрощавшись, вышел. Николаи, дождавшись, пока дверь закроется, развернулся к своему заместителю и спросил:
— Ганс, ты будешь настаивать на своем мнении?
— Нет, Вальтер, теперь не буду. Генрих привел весьма убедительные доказательства. Но я все равно считаю, что доверять эти русским нельзя…
— А кто говорит о доверии? — удивился Вальтер. — Сотрудничество, не более. И не стоит так уж переживать из-за этого. Нам сейчас это выгодно.
— Я опасаюсь того, Вальтер, что мы сами вырастим из русских монстра, способного нас уничтожить. С их территорией, ресурсами и населением они, развив современную промышленность, просто задавят нас.
— Брось, Ганс, — усмехнулся Николаи. — Мы с тобой солдаты и не нам думать о политике. Но раз уж речь зашла об этом… Население у русских большое, как и ресурсы, это да. Только минимум треть жителей составляют всякие азиаты, а на что они способны против европейцев — мы уже на японском примере видели. Ресурсы же русские продают нам и усиливают тем самым не себя, а нас. Так что ты зря волнуешься, Ганс…
Российская империя. Санкт-Петербург. Август 1907 г.
— И это — лето? — удивленно спросил у своего спутника по-английски невысокий, плотно сбитый мужчина с загорелым и обветренным лицом человека, недавно приехавшего откуда-то с юга.
— Да, Манье, такое у нас лето. Почти как ваша зима, — согласился с собеседником его спутник, облаченный в полковничий мундир лейб-гвардии Стрелковой бригады.
— Зеленая зима, — усмехнулся Манье. — Но не мне, изгнаннику, жаловаться на климат, — добавил он печально.
— Ничего, уважаемый Соломон. Я думаю, ты еще увидишь родные края, — заметил полковник. — Во всяком случае, я сделаю все, чтобы помочь тебе в этом.
— Боюсь, Ойген, моя мечта исполнится не скоро. Проклятые англичане уцепились за мою землю, словно вавилоняне в землю иудейскую. И не отдадут ее просто так никому, — загорелый вздохнул и остановился, разглядывая статую сфинкса. — Иногда я жалею, что Господь наделил наши земли избытком богатств. Если бы в наших краях не было золота и алмазов… буры продолжали бы спокойно возделывать землю и славить Господа за дарованное им счастье.