Атлантический океан. Немецкое (Северное) море. Июль 1909 г.
Чуден океан при тихой погоде. Чуден и несколько непривычен, ибо обычно Немецкое море встречает своих гостей отнюдь не столь ласково. Впрочем, большинству матросов и офицеров было все равно. Поскольку они были заняты службой, ибо сегодняшний день, как и уже полдюжины предыдущих, Действующая Эскадра кораблей Балтийского флота встретил в море. В положенное время менялись вахты, поднявшиеся наверх офицеры и матросы настраивались на долгую бессонницу и неподвижность, сменившиеся поскорее уходили к камбузу и койкам. Монотонное движение моря вокруг само по себе клонило ко сну, к этому прибавилось отсутствие каких-либо событий, с радостью и некоторым опасением принимаемое всеми.
Пока отряд пробирался по Скагерраку, каждую минуту ожидая атаки миноносцев или подводных лодок, почти никто не спал, в полной готовности находясь на боевом посту по штатному расписанию днем и ночью. Несколько следующих суток прошло почти так же, артиллеристы дежурили в напряжении у своих орудий, готовые открыть огонь за секунды. Наблюдатели закладывали себе в веки желтую ртутную мазь, чтобы как-то притупить резь в воспаленных ветром и напряженным наблюдением глазах. Корабли, однако, двигались по пустынному заливу, не встречая ни одного из обычных в такое время пароходов с грузами и пассажирами. Все словно притаились, ожидая возможного начала боевых действий. Но больше всего экипажи кораблей нервировала неясная ситуация: кого же из возможных противников ждать — германцев или англичан. В кают-компаниях и кубриках, на боевых постах, и на палубах во время перекуров вспыхивали неожиданные и не всегда доброжелательные споры. Одни упирали на то, что «англичанка всегда гадит», а другие — на союз германцев и австрияков. И все вздохнули с облегчением, узнав, что войну объявила одна Австрия, а Германия решила сохранять нейтралитет.
Ввиду сложившихся обстоятельств отряд разделился. Броненосная бригада в составе линкоров и броненосцев береговой обороны, в сопровождении пары легких крейсеров и эсминцев возвращалась назад, по пути намереваясь зайти с визитом в Копенгаген. А остальные крейсера, включая линейные, отправились строго на север, в сторону открытого моря-океана, готовые к крейсерским операциям против любого вероятного противника (австрийские силы в колонии Рио-де-Оро таковым рассматривались, но в последнюю очередь, из-за незначительности расположенного там флота — всего два броненосных и два легких крейсера, да несколько миноносцев).
«Желаем счастливого плавания» — просигналил флажками матрос на площадке флагманского линкора «Ингерманланд» уходящим в поход крейсерам и после завершения сообщения, не удержавшись, помахал от себя, просто рукой.
Две громадины линейных крейсеров, в сопровождении одного тяжелого и двух бронепалубных соратников, неторопливо удалялись от маневрирующей эскадры курсом на север. Вдали, почти у самого горизонта наблюдатели русских кораблей заметили дымы, о чем немедленно и доложили вахтенным офицерам.