-Но ведь для этого мне нужно попасть в Ежовку! – горячо перебил Митя. -Покажите мне путь, а дальше я сам все устрою!
-Да не пройти туда сейчас никак! – с досадой воскликнул Егор. -Вот если бы знать, куда омороченные чертознаем люди уходят, да шуму в том месте навести, так может отвлечется он от Ежовки на время – тогда по дороге прямиком в деревню и попадешь. Да только места такого, если оно есть, я не знаю и ничем помочь не могу.
-Ну, и на том спасибо, - Митя встал из-за стола, поняв, что больше ничего полезного он от Егора не добьется. -Бензина мне не надо, но за информацию отблагодарю, - он кинул несколько крупных купюр на стол и направился на улицу, намереваясь вернуться по тропе обратно к автомобилю.
В тот момент, когда он пробирался сквозь ельник, сзади послышался топот шагов бегущего человека, приглушенный лесным ковром из хвойных иголок. Митя обернулся, выставив вперед «Глок» с надетым глушителем, о чем тут же пожалел - байки о Многоликом, рассказанные ему посреди таежной чащи, чересчур затянувшийся путь в Ежовку и вид напуганного произошедшим в деревне обычно бесстрашного Альберта Валуева сделали свое дело: он и сам начал терять свою хваленую выдержку, раньше времени разоблачив легенду о себе.
-Ох, прошу прощения, - Митя убрал оружие в карман, слегка смутившись своей реакции. -Я подумал, что это может быть дикий зверь, или еще кто…
-Понимаю, - испуганно произнесла Анастасия Петровна, все еще не пришедшая в себя от вида направленного в ее сторону пистолета, который мог принадлежать лишь профессиональному убийце, но никак не жаждущему восстановления справедливости неравнодушному товарищу. -Я вам помочь могу.
-И как? – поторопил застывшую в нерешительности женщину Митя. -Не тяните, у меня не так много времени.
-Я знаю, где Чужом-сьёд свои личины хранит, - подойдя ближе, сказала Анастасия Петровна, широко раскрыв глаза. -Это недалеко, но без меня вам этого места не найти.
-А почему вы об этом своему мужу не сказали? – насторожился Бобров.
-Потому что боюсь, что он у Прохора решит прощения за свои ошибки попросить, и захочет и сам бессмертие обрести, - горячо заговорила Анастасия Петровна. -А я видела, в кого люди, согласившиеся стать одним из ликов этого дьявола, превращаются! Будет лучше, если кто-нибудь наконец покончит с чертовщиной, в этих краях происходящей.
-Ведите, - коротко бросил Митя.
«Неужто наконец-то судьба улыбнулась мне?».
Они пошли на север от одиноко стоящего домика на озере. Солнце неизбежно клонилось к горизонту после длинного летнего дня, отчего с каждым часом в сумрачной тайге появлялось все больше неверных теней и пугающих силуэтов. Чем дольше Митя шел вслед за женой отшельника, тем больше чувствовал себя неуютно: он привык к тому, что «в поле» - то есть на территории, где ему предстояло действовать, - всегда есть нечто, что можно использовать в качестве ориентира в том случае, если местность ему малознакома, а на крайний случай можно положиться на gps-навигатор. Однако же теперь, посреди таежного моря, киллер столкнулся с тем, что прежде не подводивший гаджет никак не мог поймать сигнал, а глазу было попросту не за что зацепиться, если не считать пары глубоких оврагов и огромной, в три человеческих обхвата, вековой сосны.
Впрочем, шли спутники недолго. Уже спустя каких-нибудь полчаса молчаливого хода, они вышли на заросшую низким кустарником и редкими деревьями обширную елань, прорезаемую весело журчащим на отполированных водой валунах ручью. Прямо за ручьем, через самую узкую часть которого было переброшено несколько тонких березок игравших роль ненадежной переправы, высился широкий холм, покрытый лишь невысокой жухлой травой. Присмотревшись, Митя увидел в нижней части холма заваленный вход с торчавшими из него обломками бревен.
«Заброшенный рудник?» - изумился Бобров. «Это здесь-то Многоликий свои личины хранит?!».
В тот момент, когда Митя осознал, что начал думать о Многоликом и о связанным с ним нерациональных событиях как о чем-то реальном, его левая рука начала сильно дрожать – верный признак того, что ему грозит опасность. Он начал было доставать оружие, одновременно осматриваясь по сторонам в поисках невидимой угрозы (не ждать же было нападения от остановившейся возле переправы пятидесятилетней женщины!), как вдруг Анастасия Петровна рухнула на землю, чудом не ударившись виском об один из окаймлявших ручей валунов, и задергалась, словно в припадке эпилепсии, от чего ее холщовая юбка тут же покрылась сосновым опадом.
«Черт побери! Этого еще не хватало!».