Набираю ей сообщение. «Скоро уезжаю. Встретимся?»
Как ни странно, она тут же перезванивает.
— Ты что, опять собралась в Барселону?
— Нет. Я уезжаю к Давиду.
— К Мальдонадо, что ли?
— Ну, другого нет.
Секундная пауза. Осмысливает.
— Ну ты, подруга, даешь! — Радка так звенит в динамике, что телефон вибрирует.
— Да. Бывает и такое.
— Слышала в новостях, что он провел недавно бой в Севилье. Триумфальный. Все трофеи собрал. Через ворота главные пронесли. Даже король был.
Обо мне ни слова. Королевская служба безопасности не подвела.
— Да. Я там была. Мы встретились. И… Короче я уезжаю к нему.
— Как ты вообще решилась?
— Зацепил.
— На корриде, да? — улыбается во все 32.
— Да. На пляже и в караоке видела мальчика-мажора. На корриде увидела бойца и стратега.
— Ну, это понятно. Но все же. Раньше ты прямо от него открещивалась…
Вспоминаю свой сон. Там, где я в свадебном платье и Давид надевает на меня обручальное кольцо.
— Я думала, что он затащит меня в свой клан Мальдонадо. И тут же заставит рожать ему наследников… У них очень развит культ семьи. И опасалась, что меня ждет участь… Ну знаешь, как немцы говорят 3K — Kinder, Küche, Kirche [дети, кухня, церковь].
— А получилось не так?
На секунду задумываюсь, можно ли откровенничать с Радкой, и принимаю решение в ее пользу. В конце концов, это касается и моей жизни, а Радка, хоть и простая, но не болтливая. К тому же через несколько дней это уже не будет секретом.
— Дай обещание, что наш разговор не выйдет за рамки приватности.
— Слово болгарской девушки! — с достоинством, отчего так и просится теплая улыбка. Я буду скучать по этой неугомонной девчонке.
— Как оказалось, Давид начинает карьеру дипломата и уезжает в Шанхай учиться и работать.
Пауза. Подруга переваривает услышанное, а я заранее отвожу смарт от уха. Вовремя.
— ¡NO ME DIGAS! — ошарашенно и так громко, что дребезжит динамик.
— Несколько дней назад у меня были те же эмоции, — усмехаюсь.
— Да… Это не тот Давид, которого ты представляла. Да и я тоже, скажу честно.
Одна из причин, почему мне захотелось сказать «да». Я увидела в поступках Давида сепарацию от клана Мальдонадо и культа семьи. Да. Она ему дорога. У него есть свои принципы. Но Давид не побоялся создать свой путь, независимый. Самостоятельный. Он отделился от клана и перестал быть завязанным на решениях семьи.
— Надеюсь, я приняла правильное решение.
— Конечно, правильное! Насколько я знаю тебя, ты же свободная душа! Вольная, как ветер. И любишь все новое, неизвестное. Странница. Bamboleas [гуляешь вольно]. Переезд в Шанхай — это же прямо как на душу тебе положили. А если Даво станет послом, то, гарантировано, вы еще поездите по свету. Будете вместе работать. Познавать новое.
Радка попала в цель. Это еще один плюс в пользу Давида. С ним мы будем почти на равных в развитии. И точно в одной возрастной категории. Если все пойдет так, как я это вижу, в будущем эта связь перерастет в равноправное партнерство. Что очень сложно представить с Айслером. Словно я буду ему постоянно должна. А с моим внутренним чувством свободы это не лучший вариант.
— Подруга. Колись. А Давид тебя точно зацепил, или ты согласилась только из-за Шанхая?
— Точно. — Уверенно. — Если бы не зацепил, отказала бы. Я не смогу быть с человеком, которого не принимаю на энергетическом уровне.
Это правда.
— А того, из отеля, ты забыла? — тихим голосом.
— Я сделала свой выбор. И это главное.
— Ну да. Это не должно быть проблемой. Он же выбрал другую женщину, насколько я помню.
— Он с ней расстался.
— Хм. Значит не забыл тебя… — скептически.
— Мой выбор и отъезд разорвет связь, поставленную на Сан-Хуан. — Уверенно.
— Может быть, дело не только в связях и твоих странных способностях…
— А в чем? — удивленно.
— В тебе.
— В смысле?
— В твоих взглядах на жизнь, что ли… В твоем образе жизни.
— Не понимаю тебя, — искренне.
— Ты отличаешься от многих. — Пауза. — Не знаю никого из подруг, кто бы не хотел отношений с парнями и любви. То, что для них одиночество, для тебя свобода. Мужчины чувствуют эту независимость. И она в них будит инстинкты. Поймать тебя.
Вспоминаю сон о колибри.
— Что-то не работает моя независимость, — горько усмехаюсь.
— Ты из-за работы, да?
— Да. У меня пока не получается выйти на самостоятельный путь. И дело не в том, что я потратила на это недостаточно много времени. Я доверяю своим инстинктам и сейчас чувствую глухую бетонную стену. Будто меня поставили перед фактом — пора определяться, Бесова. И идти по жизни в партнерстве.