— Если его императорское величество на эту ночь выберет тебя, он ударит в гонг, передаст табличку с твоим номером специальному евнуху, и за тобой придут.
И девушка, сжав пальцы на ногах, вновь шепчет свою молитву, чтобы этого не случилось.
— Ни одной наложнице не дозволяется оставаться до утра, это привилегия лишь для Императрицы.
И девушка вновь хмурится, вспоминая рассказы служанки и разговоры других наложниц. По завершению пребывания в спальне Императора евнух спрашивал разрешения оставить семя. Если Император разрешал, то в специальный журнал заносилось какого числа произошло совокупление, а если нет, то специально обученная служанка особым образом нажимала на живот наложницы и вводила палец в ее попу, дабы семя вытекло. А еще девушки пили специальный отвар, от которого многим становилось плохо, чтобы предотвратить беременность.
— Если ты хоть раз побывала в спальне императора, тебе поставят на ладонь особую печать, натрут ее корицей и она сохранится навечно. Девушка вновь хмурится. Об этом она тоже слышала и видела такие печати. Без этой печати оставаться в гареме долгое время считалось позором. Но она бы предпочла именно такой путь, хотя девушки и боготворили императора. Не только из-за его ранга небожителя и Сына Неба. По их словам он был красив, силен, обладал неимоверно острым умом и был чрезвычайно искусным любовником. Что подтверждал, по словам служанки, и счастливо-цветущий вид побывавших в его спальне наложниц, и их стыдливый румянец после утех.
— Мия, у тебя все в порядке? — слышится голос Лин.
— Да. Уже одеваюсь.
— Я буду ждать в машине.
И пока натягиваю платье, хмурюсь. Неудивительно, что я так отношусь к полигинии. Побывав в древнем гареме и будучи заточенной на парность, я и не могла по-другому реагировать на всю эту ситуацию с множеством женщин. И неважно был бы это Рой, Коул или кто бы то ни было другой.
Я настраивалась, убеждала себя, что готова к полигинии с Тенетом, что принимаю ее, и мне даже так казалось, но мое подсознание выдало другую реакцию, неосознанно отторгая мысль о других женщинах. И теперь понятно, почему. Визуал женского крыла дворца, насчитывающий сотни наложниц в ожидании, не способствует принятию.
Зачем Рой его показал? Чтобы окончательно отбить у меня желание смотреть в сторону полигинии, а значит и Тенета? Подчеркнуть мою статусность в настоящем, подняв меня до своего уровня? Сказать, что мы единое целое как Ин и Янь?
В любом случае, сейчас, зная причины своего отторжения, я вижу возможность отработать этот блок. Если получится.
Сажусь в машину к Лин и отмечаю, что та говорит по телефону. Улыбается. Возможно, на том конце муж или сын. Рой так и не проявился. Хотя он с отцом вернулся в Гонконг еще в первой половине дня.
Мы летим по вечернему Гонконгу, а я наблюдаю, как мегаполис в первых закатных лучах одевается в неон, и ловлю радостные нотки в голосе Лин. Собственно, сегодня она весь день в приподнятом настроении. Видимо, из-за возвращения мужа и сына.
— Отличные новости, — переходит она на английский и я выныриваю из размышлений.
— Отличные новости — это всегда хорошо…
— Референт подтвердила что 95 % приглашенных, несмотря на занятость и столь короткие сроки оповещения, прилетят в Гонконг на свадьбу. 5 % не отказались, но попытаются согласовать график.
Продолжаю улыбаться, пряча за маской нервный вайб. Количество VIP-приглашенных, подтвердивших свое присутствие в столь короткий период, говорит, во-первых об уважении к семье Хангов. Во-вторых, о громкости этого события, после которого мне сложнее будет развестись.
— Tы выглядишь задумчивой… — внимательно рассматривает меня.
Сказать, что устала — все равно не поверит.
— Считаю, что настоящие бриллианты и жемчуг на платье лишние.
— Привыкай к статусу.
"Привыкай к статусу..." — эхом. Но про себя усмехаюсь. Есть в этом некая параллель с инструктажем от наставницы из сна-прошлого.
Еще одно привыкай. Еще одно изменение сознания. Ктулху, дай мне сил на все эти трансформации.
Наш кортеж тем временем подъезжает к моему отелю, и я с этой мыслью выхожу из машины.
Ловлю взгляд Лин из окна, а вместе с ним и свой нервный вайб. Она ничего не говорила о планах сына по его приезду в Гонконг, что понятно. Рой вряд ли перед ней отчитывается. Но подвешеннность состояния и незнание, каким будет продолжение нашего с ним коннекта, спокойствия не добавляет. Одно чувствую наверняка — долго ждать не придется.