Сама же к еде так и не притронулась. Видимо, ждала, когда насытятся бабка и ее гость.
Оторваться от каши было сложно. Монах ел, а Агапа что-то беззвучно шептала, делая длинными корявыми пальцами причудливые пассы.
Шрам неприятно закололо. Под волосами стянуло кожу.
Показалось, что кто-то копается у него в голове — сдавливает, перебирает, мнет.
— Хорошая на тебе защита. Знающий ставил. — похвалила Агапа со вздохом, и неприятное ощущение пропало.
— Знающая, — подтвердил Монах и на всякий случай добавил. — Но с вами не сравнится. Далеко ей до вас.
— Ох, и льстец! — закудахтала бабка довольно. — Подарочек небось она присоветовала захватить?
— Подарочек от нас двоих.
— Ну, ладно, принимается… — она прервалась и повернулась к Куле. — Прочь поди! Нам посекретничать надо. И внучку свою забери. Пусти пробежаться по снежку.
Ни сказав ни слова, Куля подхватила под мышку курицу и вышла. А бабка проковыляла к сундуку у стены и поволокла из него изукрашенную вязью символов шкатулку.
— Вот… — бахнула ее об стол и выдохнула. — То, что ты ищешь, находится внутри.
— Я могу посмотреть?
— Для того и достала. Открывай. Не бойся.
Монах приподнял крышку и увидел лежащие друг на друге зеркала.
Запретив себе преждевременно радоваться, аккуратно вынул первое, развернул стеклом вверх и разочарованно присвистнул — поверхность стекла полностью была затянута чем-то серым и пушистым.
— Плесень, — проскрипела Агапа. — На втором тоже самое.
— Как так вышло?
— Да уж вышло. Таких зеркал по миру три пары. Да ты, поди, знаешь?
— Слышал кое-что… — увильнул от ответа Монах и осторожно потер стекло.
— Изнутри плесень. С той стороны. — Агапа недовольно пожевала губами. — Все зеркала меж собой повязаны чарами. Если с одним что случится — отразится на остальных.
— И что случилось?
— Да так. Пожалела глупая дева одного дурачину. Он зеркало и треснул лбом.
— И что теперь?
— А ничего. Будет теперь расхлебывать. Если расхлебает.
— Загадками говорите, баба Агапа.
— А ты вроде мастер их разгадывать? — бабка усмехнулась и заправила редкую седую прядь под косынку. — Пошлю ка я тебя в Замошье. К этой самой Дуне. Там найдешь ответы. И решишь, что делать. Только знай — нельзя зеркала тащить в ваш мир. Повлечет это бедствия великие. Даже если Дуня сможет вернуть им прежний вид, даже если решит их тебе продать (а я сильно в том сомневаюсь) — подумай прежде. Поостерегись. С ними такого натворить можно — не расхлебаете после.
— И далеко отсюда это Замошье?
— Далече. Но я тебе хороший транспорт подберу. На бесе туда полетишь. Можно было б и на ухвате. Да ты тяжеловат для него. И веник твой вес не выдержит. А бес довезет! Кулька-а-а, — зычно рыкнула бабка и приказала в приотворившуюся дверь. — Сходи сейчас же до Домны, попроси на часок беса покрепче.
— Я бы предпочел своим ходом. — перспектива повторить известный полет кузнеца Вакулы Монаху не понравилась.
— Своим ходом будешь долго добираться. И не спорь!
Вопреки ожиданиям Монаха бес предстал перед ним в виде черного крепкого жеребца. Покосившись огненным глазом, в нетерпении переступил копытами и заржал, призывая трогаться.
— Верхом катался? — запоздало поинтересовалась бабка.
— Было дело. — Монах примерился и легко запрыгнул на лоснящуюся спину, прихватил покрепче нечёсаную гриву.
— Тогда вперед! — Агапа шлепнула жеребца по крупу, и он взлетел!
Из полета Монаху ничего особенного не запомнилось. Он старался не свалиться со спины лихо несущегося к цели жеребца и по сторонам не смотрел.
Уже у околицы, отпустив беса восвояси, отер снегом загоревшееся от ветра лицо и огляделся.
Дремлющая среди сугробов деревня выглядела уютно. Несмотря на день, было сумрачно и тихо. В окошках светились огоньки.
Народ все больше сидел по домам. Лишь в одном дворе что-то с жаром обсуждала забавная парочка — лысоватый мужик с обвислыми усами и яркая пышка в плотно обтягивающей телеса шубке. При появлении Монаха парочка смолкла и с подозрением уставилась на него.
— А ну, стой! — грубовато окликнула его пышка. — Ты к кому?
— Стою, — развел руками Монах. И действительно остановился. Не хотелось настраивать против себя местных. Пословица «Не плюй в колодец…» была проверена годами практики.
— Ты откуда взялся? — сдвинув густо подведенные брови продолжила допрос пышка.
— Прилетел.
— Прилетел?
— На чем прилетел? — мужик подошел к самому заборчику и сухо представился. — Я местный староста. Антон. А это супружница моя. Аглая.